Правый берег реки, как ему и положено, был чуть выше левого, и совершенно не топкий. Лошади могли как следует и разогнаться, и оттолкнуться. Мой жеребец запросто перемахнул реку. Лона тоже легко перескочила, неудивительно - наездница она получше меня. А вот третья лошадь прыгать не умела, она и близко не доскочила до берега, едва преодолев середину.
А дальше Дваш взвизгнул, Лона закричала, ещё я услышал испуганное ржание кобылы. Но даже глянуть, что там творится, я не мог - жеребец, приземляясь, тряхнул меня так, что от дикой боли в глазах потемнело, а в ушах зазвенело. Потом звон сменился грохотом, а грохот - хлюпаньем. Голова закружилась, так что я на всякий случай спешился. Сквозь застилающую взгляд пелену я у самого берега увидел крокодила, а совсем рядом с ним - лакающего воду Дваша. Стало понятно, кто хлюпает, но всё это явно было галлюцинацией.
Тут весь мир закрутился с сумасшедшей скоростью, и я где стоял, там и рухнул. Конечно же, на раненую руку. Мой вопль наверняка распугал всех хищников - волков, крокодилов, медведей и даже ирбисов в далёких Драконьих горах. Не в силах терпеть такую боль, я потерял сознание.
***
Лона поливала меня водой, воняющей тиной, а Дваш облизывал лицо. Рука болела, но терпимо. Едва я попытался что-то сказать, Лона бросилась целоваться. Теперь она орошала меня не речной водой, а слезами. Это было куда приятнее, но нельзя заставлять плакать любимую женщину.
- Отставить плач, доложить обстановку, - скомандовал я, с трудом шевеля потрескавшимися губами. - Я есть много пропустивший, так ли это?
- Лошадка не допрыгнула до берега, а крокодил - тут как тут, - Лона честно пыталась прекратить реветь, но у неё не получалось. - Я видела, что ты вот-вот отключишься, и разобралась сама. Я его из громового оружия, автомата. Трудно целиться, оно прыгает, как ненормальное, но я пару раз попала, и крокодилу хватило.
- Ты есть молодец.
- Я знаю, - она улыбнулась сквозь слёзы. - Едва его пристрелила, Дваш бросился лакать воду, будто целый год не пил. Прямо рядом с дохлым крокодилом.
- Я есть видевший это. Но я есть не поверивший глазам.
- Мне тоже не верилось. Он же боялся крокодилов! Как же он так запросто отличает живых от мёртвых?
- Крокодилы есть отличающие девственниц от не девственниц. Лошади есть отличающие потомство королей от всех остальных. Вот и собаки есть генетически заколдованные.
- Но он же израильская собака! Израильтяне не используют генетическую магию.
