А что, если мать Лоны на самом деле дочь не бросила? Наоборот, почти с ней не расставалась. Это я о Фанни. У неё был ребёнок, раз она кормила Лону грудью, и примерно того же возраста. И "умер" он почти одновременно с Ребеккой. Любого спроси, кто такая кормилица, няня и гувернантка в одном лице, и он ответит "мать", не задумываясь. Где-то даже читал "не та мать, что родила, а та, что воспитала". Лоне я это пока не скажу, незачем её расстраивать. Ведь если она мне поверит, а я ошибся, получится, что она снова потеряла мать.
Как-то внезапно я заметил, что справа от дороги шумит не только дождь, а ещё и волны. Их ритмичный шелест напоминал о корабельной качке, седло тоже покачивалось, уже и во рту появился неприятный привкус. И всё потому, что я услышал прибой. Или потому, что запахло морем. Не по нраву мне воздух побережья с его запахами, ничего не поделать. Тем временем мы миновали какие-то ворота и въехали в порт. Знакомая вонь с прошлого раза стала куда слабее. Конечно, порт же не работает, новых пахучих грузов не привозят. Но мне и так было противно. Карета остановилась под большим навесом над полем травы высотой по колено, Лона с Двашем вышли, а карета с Натаном поехала куда-то дальше. Я спешился возле Лоны, и она перехватила у меня поводья.
- Лейтенант сказал, нужно поставить какую-то штуку, чтобы завести лошадей на корабль, - сказала она. - Мостки, сходни, трапы, в общем, что-то из этого, я не запомнила. А ещё он мне про Дваша рассказывал. Оказывается, его кличку они все знают, только он всё равно никого почти не слушается, кроме графа и теперь нас. Дваш постоянно на него рычал и скалился, даже пошевелиться не давал. А ты как? Сильно промок? Раненая рука не устала?
- Я есть в порядке. Дождь есть тёплый, как моча. Простудиться есть трудно. А рана есть затянувшаяся совсем.
- Очень рада за тебя, - слова она подкрепила поцелуем, и довольно жарким.
- Лона, я есть хотящий у тебя спросить, - заговорил я после долгой паузы. - Ты есть видевшая иноземцев, что есть способные ездить на этих лошадях?
- Конечно! Тебя видела.
- Это есть все?
- Нет, конечно. Короли и принцы из других королевств всегда катались только на них. Это традиция.
- Короли, принцы и я есть все такие иноземцы?
- Подожди, Дарен, ты пытаешься спросить что-то такое, чего прямо сказать не хочешь. Дай, немного подумаю. Из чужеземцев во дворце жила только тётя Фанни. Ты думаешь, она - моя мать?
- Я есть имеющий такое предположение, - тяжело с ней, не хотел ей этого говорить, а пришлось.
