Второе условие было довольно щекотливым. И девушка сомневалась, что готова его озвучить. Ей требовалось время, чтобы обдумать, взвесить и наконец-то решить, так ли ей нужно то, чего она хочет.
Так ли ей нужен тот, о ком грустит и тоскует душа…
– Утром. Я назову его утром.
Ночь подскажет, что делать. Ночь сорвет все покровы, обнажит сердце и чувства. И ночь не оставит места для лжи, какой бы сладкой она не была.
***
Едва все звуки стихли и резиденция эльканэ погрузилась в глубокий сон, Ринка выскользнула из дверей своей спальни. Бесшумно, словно бесплотная тень, она прошмыгнула по коридору и замерла перед покоями принца.
Прижала руки к груди, пытаясь успокоить дыхание и вернуть себе здравый смысл.
Ее сердечко то срывалось в бешеном ритме, то замирало от страха перед собственной смелостью. И даже мелькнула мысль вернуться назад…
Но Ринка тут же ее отбросила. Нет, она не отступит. Ей нужно поговорить с эльканэ. Без свидетелей.
Еще в первый раз девушку удивило, что у покоев принца нет охраны. Но успокоившись и присмотревшись, она поняла, что охрана не требуется. Весь этаж был пропитан едва уловимой сетью магии. Тонкие серебристые лучи пронизывали насквозь стены, пол, потолок, оплетали оконные переплеты и двери. Сам Танатаэль когда-то настраивал их собственными руками, вкладывая не только силы, но и частичку своей души.
Тессиль объяснил, что охранные заклинания считывают ауру посетителей. И если в их мыслях есть злой умысел или желание навредить королевской семье – срабатывает ловушка. Никто чужой или с дурными помыслами не может сюда войти и остаться в живых. Никакой ментальный щит, никакие скрывающие печати не помогут избежать наказания.
Ринка тогда понимающе усмехнулась:
– Значит, вы меня проверяли? И как, я прошла проверку?
– Если судить по тому, что вы побывали в спальне эльканэ и все еще живы – значит, прошли.
Вспомнив слова рыжего эльфа, девушка протянула руку и коснулась одной слабо светящейся нити. Та откликнулась тихой вибрацией.
Магия. Весь дворец был пропитан ею. И, что странно, Ринка чувствовала свое единение с ней.
Она видела сложный узор заклинаний, могла отследить вплетенные в него руны, но не могла понять принцип действия. Ее интуитивных знаний и стихийных сил было недостаточно, чтобы повторить подобное. Если бы охранная магия признала в ней врага, она не смогла бы даже защититься. По сути, ей повезло. Но везение зачастую заканчивается в самый нежданный момент.
Решившись, девушка положила ладонь на дверь. Теперь, когда она знала о наличии незримой охраны, требовалось усилие воли, чтобы войти в спальню принца.
Магические нити засветились чуть ярче – всего на мгновение – проверяя и считывая ауру посетительницы. А потом дверь приоткрылась так легко, словно ее толкнул порыв ветра.
Ринка замерла на пороге.
Входить было боязно. А если принц уже спит? А если он сочтет неурочный визит за нахальство?
– Не стойте там, – прошелестел тихий голос. – Входите.
И девушка поняла, что Эландриль уже несколько минут смотрит, как ее силуэт мнется в дверях.
– Простите…
Она переступила порог. Дверь тихо закрылась, и спальня вновь утонула в темноте. Но спустя мгновение под потолком вспыхнули слабые бледно-зеленые огоньки.
– Я ждал вас, – эльканэ смотрел на нее. Его глаза слабо мерцали, словно угольки под слоем пепла.
– Вы знали, что я приду?
– Я слышал ваши мысли еще до того, как вы решились на этот шаг.
Ринка почувствовала, как стыд заливает щеки.
– Вы у всех мысли читаете? Или только я удостоилась такой чести?
– У всех. Но мне нужен зрительный контакт, чтобы услышать их. А с вами все проще. Вы же моя эллевиан – суженая богами. А эти украшения усиливают эффект, – он прикоснулся к своему ожерелью.
– Нам нужно поговорить. И об этом тоже.
– Знаю. Но мне трудно разговаривать. Если вы возьмете меня за руку, то мы сможем общаться мысленно.
– Как? – она потрясенно глянула на его тонкую кисть, лежавшую поверх покрывала.
– Наши ауры связаны. Боюсь, вам будет неприятно это узнать… но я не вижу смысла скрывать от вас правду.
Он замешкался. И Ринка инстинктивно шагнула ближе, к самой кровати.
– Какую правду? О чем вы?
– Эмоции. Когда вы прикоснулись ко мне в прошлый раз, я почувствовал все ваши эмоции, как свои.
Она застыла, как громом пораженная. Целая гамма чувств отразилась у нее на лице.
– Я знал, что вас не обрадует моя откровенность, – с горечью заметил принц.
Девушка встрепенулась:
– Нет-нет… Признаться я удивлена, нет, даже поражена… Но… я благодарна за вашу честность.
– Вы не злитесь? – теперь уже в его глазах вспыхнуло удивление.
– Нет, – она выдавила улыбку. – Но я хочу быть уверена, что вы не используете это против меня или чтобы манипулировать мной.
– Я могу поклясться.
– Просто дайте слово. Этого будет достаточно.
– Вы настолько верите мне?
Она на секунду замешкалась с ответом. Но потом твердо кивнула:
– Да, я вам верю.
Если он захочет ей навредить, его не остановят ни клятвы, ни обещания. Он принц, наследник престола, великий эльканэ. А кто она? Полукровка, дочь государственного преступника, у которой нет даже родового имени.
