Прочитав текст записи и послушав, как разговаривает Тэтчер с подчиненными, Чебриков, вздохнув, сказал Самойлову:
– Вы представляете, во что мы влезли?
– Представляю, – ответил генерал.
– Если узнает Горбачев… Короче, Никодим Иванович, эту информацию я сообщу Андропову, и вы опять поедете со мной. Вдруг Генеральный секретарь захочет говорить со Странником. Кстати… Он не сказал, что собирается сделать с заказчиками покушения?
– Я его не спрашивал.
– Ну, так спросите!
Генерал достал коммуникатор. Тот пикнул и над «карандашом» появилась голубая сфера с головой Чернухи.
– Здравствуйте, Константин Васильевич, – промолвил Чебриков. – Примите наши извинения в связи с случившемся. Как чувствует себя Карина Айковна?
– Пока лежит в регенерационной капсуле, – ответил Странник. – Но показатели стабильные. Мы с роботом ее прооперировали. Надеюсь, что поправится.
– Рад это слышать. Вы не представляете, как огорчило нас случившееся. Ведь вы могли подумать…
– Я и подумал, – перебил Чернуха, – но быстро разобрался. И, кстати, сообщаю: я приказал своим искусственным интеллектам: в случае моего убийства сурово наказать виновных, не обращая внимания на должности и положение. Не важно, кто там будет: президент, премьер-министр или же генеральный секретарь. Зачистить всю цепочку – от заказчиков до исполнителей. Такой возможностью корабль располагает. А после он собьет все спутники виновной стороны и не позволит вывести другие на орбиту.
– Кхе! – Чебриков едва не подавился. – Сурово. Но я надеюсь, Константин Васильевич, что прежде, чем предпринять подобное, вы посоветуетесь с нами.
– Считайте, что советуюсь. Есть просьба, Виктор Федорович. Вы не могли бы по своим каналам дать знать британцам, что у них не получилось?
– Зачем вам это? – удивился Чебриков.
– Чтоб эти трое вновь собрались для обсуждения провала поручения агенту. Тут им случится карачун. А то мочить поодиночке… Зачистишь одного, другие станут прятаться.
– Константин Васильевич! – воскликнул председатель КГБ. – Я очень вас прошу: не торопитесь! Я посоветуюсь с Андроповым.
– Поговорите, – согласился Странник. – Но информирую: прощать я не намерен. Ну ладно б ранили меня, но за Карину растерзаю. До связи!
Странник отключился, а Чебриков растерянно сказал Самойлову:
– Вы представляете, что случится, если Странник выполнит угрозу? Да это ж Третья Мировая! Я попрошу Андропова немедленно меня принять…
***
Закончив разговор, Кир направился к регенерационной капсуле. Карина спала. Через прозрачный верх капсулы Кир некоторое время смотрел на безмятежное лицо любимой, затем проверил показатели функций организма: температуру, частоту сердечных сокращений, дыхания, артериальное давление… Пока не норма, но девушка, похоже, поправляется. На следующий день регенерацию можно прекращать. И что тогда? Когда она очнется, придется объяснить, как очутилась на орбите, и что жених ее с другой планеты. Как встретит эту новость? Вдруг испугается и станет сторониться Кира? Не угадаешь…
«Да будь, что будет! – махнул рукою Кир. – Ведь главное, жива…»
Подумав, он отправился в санитарный блок, где принял душ и переоделся в повседневный комбинезон пилота – на корабле их было много. Ткань, легкая и мягкая, упруго обтянула тело, как некогда в далеком прошлом, когда Кир Тайгер служил в военном флоте. Не хватало только нагрудного шеврона с названием корабля. Гм, кстати, упущение. Дальний разведчик в списках флота числился под номером.
«Помощник, – обратился Кир к искусственному интеллекту корабля. – Как называлась яхта до переоборудования в разведчик?»
«По документам – «Пти Серея», – сообщил Помощник.
«Звезда Галактики», – перевел Кир на русский. – Мне нравится. Ты можешь изготовить несколько шевронов с этим именем на русском языке?»
«Дам приказание роботу».
«Спасибо. Но пусть пока что принесет поесть».
