Через минуту Кир сидел за столиком и хлебал из чашки слизистую жидкость с полупрозрачными комочками – обычный рацион в военном флоте. Питательно, полезно, но не вкусно. А что поделаешь? Земных продуктов он на яхту не затарил: не думал, что придется обитать здесь долго. Воды хватает: транспортный бот, который имелся на разведчике, завез ее с Земли достаточно – накачал из рек полные цистерны, а вот земных продуктов нет, только концентраты из запасов яхты. Придется озаботиться. Покончив с поздним завтраком, Кир занялся полезным делом: стал собирать для КГБ стационарный коммуникатор. Объем разведывательных сведений, которые собрали зонды, уже сейчас зашкаливает, и передавать их через мобильное устройство у Самойлова замучаешься – в том смысле, что замучается генерал, а не системники. Пусть будет коммутатор, к которому привяжутся мобильные приемники. Последние распределят среди сотрудников Комитета – пусть слушают и пишут на свои магнитофоны. Другой конструкции на ум не приходило – слишком большая разница в технологиях между Землей и миром Кира. Там было б просто: записанную речь системник преобразовывал бы в тест с мгновенным переводом на любой язык и распечатывал на специальном пластике. Бумага для этого слишком хрупкая и недолговечная. Увы, подобного устройства на корабле не оказалось: зачем оно разведчику? Полученную информацию он привозит на других носителях…
Работа спорилась: приставку «инженер» к своему званию в Республике Кир получил не зря. Соединяя блоки в единый аппарат, Кир их тестировал, порой менял местами, а иногда и вовсе отбраковывал. Блоки предназначались для других приборов, и, если бы не унификация разъемов и характеристик запасных деталей, у медика-инженера ничего б не получилось. Кир почти закончил сборку, когда в голове заговорил Помощник:
«Медик-инженер, вас вызывает генерал Самойлов».
«Соединяй!» – ответил Кир и через мгновение увидел сидевших за столом Самойлова, Чебрикова и Андропова. Их лица были хмурыми.
– Здравствуйте, товарищи! – сказал им Кир.
– Здравствуйте, Константин Васильевич, – откликнулся Андропов. – Позвольте мне от имени руководства СССР принести вам извинения за неприятный инцидент, в ходе которого пострадала Карина Айковна. Надеюсь, ее жизни ничто не угрожает?
– С ней все нормально, – ответил Кир. – Находится в регенерационной капсуле в стабильном состоянии. Жизненные функции организма приходят в норму. А что до извинений… От предательства не застрахуешься, оно всегда бывает неожиданным.
– Если предателя не разоблачить, – сказал Андропов, – и сделать это своевременно. А почему, такого не случилось, мы разберемся, – он бросил взгляд на Чебрикова, и тот потупился. – Хочу спросить вас, Константин Васильевич. Мне тут товарищи сказали о вашем намерении сурово наказать заказчиков покушения. Вы вправду собираетесь это сделать?
– Конечно! – Кир пожал плечами. – Спускать такое не намерен.
– Убийство руководителя государства расценивается как акт войны.
– Юрий Владимирович, позвольте я замечу. Стреляли – да, в меня, но целились-то в вас. Они хотели вашей смерти, и, следовательно, сами начали войну.
– Я это понимаю, и все же попрошу не трогать Тэтчер.
Кир на мгновение задумался.
– Ладно, – кивнул со вздохом. – Пускай живет старушка.
– Еще министра иностранных дел. Он не настаивал на вашей смерти.
– А Фигерс? Он ведь предложил меня убить и дал такое указание.
– На ваше усмотрение. Но попрошу обставить дело так, чтобы никто в Британии не думал, что здесь замешан СССР.
– Договорились, – Кир кивнул. – Насколько знаю, между правительством Британии и Ирландской республиканской армией идет война… – он хищно улыбнулся. – Вот пусть получат оплеуху.
В ответ Андропов лишь вздохнул. Как было видно, он был против даже этой акции, но отговорить инопланетянина поостерегся. Не то обидится и улетит к американцам, например. А те за обладание таким подарком позволят вырезать хоть всю Палату лордов вместе с английской королевой. Плевать им на британцев!
– Скажите, Константин Васильевич, – спросил Андропов. – Карину Айковну прооперировал ваш медицинский робот или лично вы?
– Конечно, робот, – Кир кивнул. – Позвольте объясню. Он не подвержен чувствам и эмоциям, машине все равно, кто пациент, будь это близкий человек хирурга или большой начальник. Поэтому не ошибается. Но я, конечно, контролирую, поскольку в ходе операции возможны варианты оперативного вмешательства. Мне робот их докладывает, я выбираю оптимальный, хотя обычно он и сам справляется.
– Понятно, – сообщил Андропов. – До связи, Константин Васильевич.
