Впрочем, последующий семейный ужин только усилил мои предположения относительно дедушки. Свекровь, разумеется, не имела больше возможности отсиживаться в своих комнатах, так что за ужином в малой столовой активно строила из себя радушную хозяйку и заботливую дочь.
- Как прошла ваша поездка, милорд? – улыбалась Кейтлин и мяла салфетку на своих коленях.
Не нужно владеть даром чтения мыслей для того, чтобы понять, что она очень беспокоится о том, как бы дорогой папенька не узнал о том, куда подевался его младший внук. И меня подмывало громогласно сообщить об этом милому дедуле. Я уже представила себе, как я сообщаю эту новость лорду Маркасу, ощутила накал грандиозного скандала и… захлопнула рот.
Ведь я, пожалуй, тоже в какой-то степени виновата в том, что Ричард оказался на улице. Я по-прежнему корила себя за то, что просто не подошла к нему и не рассказала всё, как есть. Вот так, как Якобу. Глядишь, масштабного скандала можно было бы избежать… ну, это если бы Ричард мне поверил, конечно… Впрочем, что сейчас об этом говорить? Сделанного, в любом случае, уже не вернёшь…
Я поняла, что задумалась слишком глубоко, когда заметила на себе ехидный взгляд дедули и неловко-презрительный – свекрови.
- Прошу прощения! Вы что-то спросили у меня? – покраснела я.
- Избави Великий, говорить с тобой о чём-то серьёзном – со вздохом уверила нас Кейтлин – папенька рассказывал о том, что по новому закону в Дейтоне больше не будут покупать шерсть для того, чтобы перерабатывать её на фабриках в старой Энландии. Впрочем, мы никогда не занимались овцеводством, так что нас этот запрет нисколько не коснётся. Вот других – да, и весьма.
- Но, постойте! – забеспокоилась я – Разве это логично? Насколько я понимаю, то местные жители имеют большой опыт по тому, как выращивать овец, заниматься стрижкой и прочим… так для чего же менять устоявшийся ход вещей? Неужели землевладельцы, которые никогда не занимались этим непростым делом, справятся не хуже? Это не считая тех потерь, на которых они пойдут, когда променяют свои пашни на луга для выпаса скота?
Милорд Маркас посмотрел на меня с невольным уважением и ответил без привычного недовольства:
- Не думаю, что кто-то всерьёз задумывается об этом. Члены Палаты Лордов полны амбиций и идиотизма. Ну, это кроме того, что в их руках сосредоточены значительные активы, в том числе и суконные фабрики. И потом, много денег и власти много не бывает, не так ли? – подмигнул мне дедуля – Во всяком случае, так считают мои коллеги.
Да уж! Какие бы ни были миры и континенты, но жадность и глупость человеческая остаётся неизменной.
Я не слишком много знаю об овцеводстве, да о всяком таком сельском хозяйстве тоже…Но одно я понимала точно – в результате подобных действий множество людей, которые занимались разведением скота и производством шерсти – останутся не у дел. Конечно, какая-то часть из них подадутся в Энландию, раз уж принято решение «укрупнение производства». Но много ли таких будет? Впрочем, те крестьяне, что раньше выращивали овощи на своих полях, тоже будут вынуждены искать лучшей доли – их места будут занимать фермы по производству шерсти.
В результате нашей знаменательной поездки на дальние хутора, я запомнила, что у нас некоторая часть земли занята под луга, леса и пашни. Но есть и та, которая пока не используется никак. Просто стоит «под паром». А может быть… я основа отвлеклась от своих размышлений, когда ужин уже подходил к концу. Дед тяжело поднялся со своего места и заверил, что никогда раньше он не встречал столь милую и тихую девушку, как я. Кейтлин на это оставалось только лишь недоверчиво хмыкнуть… ох, не понимает она шуток своего папеньки!
Я рассеянно кивнула и тихо шмыгнула в кабинет Даниэля. Просто у меня появились кое-какие мысли… только вот не уверена, что они хотя бы чего-то стоят… Как бы я ни хотела для начала посоветоваться с мужем, но прекрасно понимала, что он мне в этом деле ничем не поможет! А мысль моя проста – дедушка сказал, что многие могут пострадать после нового Овечьего закона, потому что больше не будут продавать свою шерсть на суконные фабрики. И сделать что-то с этим мы бессильны. Но, так почему бы мне не попробовать хотя бы немного помочь этим людям? Разумеется, и себя не забыть при этом?
На полу в кабинете Даниэля лежал тяжёлый шерстяной арнийский ковёр ручной работы – некоторый отдалённый аналог наших ковров из Средней Азии. И от свёкра же я узнала о его баснословной стоимости. Вполне оправданной, конечно, учитывая перевозку морем и высокие пошлины на ввоз товаров роскоши. Я смотрела серо-чёрный орнамент и вспоминала нашего мастера в училище – большую любительницу наглядной демонстрации. Васька частенько называла её экскурсии в музеи и выставки блажью выжившей из ума старухи, регулярно их прогуливая. Но мы с Машей придерживались иного мнения – исправно таскались и тоскливо любовались многочисленными самопряхами, чанами для окрашивания шерсти и прочими устаревшими и никому ненужными приспособами.
