Катрину держали под стражей в восточном крыле, но её сторонники не дремали. Однажды утром мы с Райдером обнаружили на стенах дворца древние руны, призывающие очистить клан от "человеческой скверны".
— Они боятся перемен, — произнес Райдер, стирая руны черным пламенем. — Я и сам когда-то...
Он не закончил фразу, но через связь я почувствовала его раскаяние за прошлые предубеждения.
Особенно ярко недовольство проявилось на собрании глав древних родов. Лорд Алистер, один из самых влиятельных драконов клана, выступил против нас открыто:
— Вы предлагаете отказаться от традиций, хранивших нас веками! — его голос гремел под сводами зала. — Сегодня мы примем человека в клан, а завтра что? Начнем раздавать нашу магию направо и налево?
— Традиции, которые медленно убивали нас, — парировала Мирана. — Или вы не заметили, как слабеет магия в молодых драконах? Как все меньше детей могут принять истинную форму?
Я стояла рядом с Райдером, чувствуя нарастающее напряжение в зале. Внезапно двери распахнулись — на пороге появился Кайлин. Его маленькая фигурка светилась от переполнявшей его силы.
— Смотрите! — воскликнул он и.… идеально трансформировался в драконью форму. Прямо посреди зала.
Повисла потрясенная тишина. Все знали, что наследник раньше с трудом удерживал трансформацию дольше минуты. Теперь же золотой дракончик уверенно парил под потолком.
— Это началось после ритуала, — тихо произнес Торин. — Магия клана... она словно пробуждается от долгого сна.
— Потому что мы наконец принимаем её целиком, — я шагнула вперед. — Магия драконов никогда не была только о силе. Она о балансе — между силой и чувствами, между гордостью и способностью любить.
Райдер положил руку мне на плечо, и наша общая сила заструилась в воздухе золотисто-черным сиянием. По залу пробежал изумленный шепот — даже противники перемен не могли отрицать мощь этой магии.
— Выбор за вами, — голос Райдера звучал твердо. — Цепляться за прошлое, медленно теряя то, что делает нас драконами. Или принять перемены и позволить древней магии вернуться во всей её полноте.
Лорд Алистер хотел что-то возразить, но в этот момент произошло нечто невероятное. Кайлин, все еще в драконьей форме, спикировал вниз и приземлился прямо перед ним:
— А вы сами попробуйте! — его драконий голос звенел от возбуждения. — Когда открываешь сердце, магия становится... живой!
Это было подобно прорыву плотины. Молодые драконы, присутствовавшие в зале, начали один за другим пробовать трансформацию. И у многих — впервые в жизни — она получалась легко, словно дыхание.
— Вот оно, — прошептала Мирана. — Начало новой эпохи.
Я почувствовала, как пальцы Райдера переплетаются с моими. Через связь текла его уверенность — мы на правильном пути, какое бы сопротивление ни встречали.
"Вместе?" — спросил он в моих мыслях.
"Вместе, — отозвалась я. — Всегда".
Закат окрасил шпили дворца в золото. Я стояла на балконе, наблюдая, как молодые драконы кружат в небе — теперь их полеты стали увереннее, словно древняя магия наполняла их новой силой.
Райдер появился бесшумно, обнимая меня сзади. После ритуала он больше не скрывал своих чувств, по крайней мере, от меня.
— Совет принял решение, — его голос звучал необычно мягко. — Они готовы изменить древние законы.
— Все изменилось, правда? — я прильнула к нему, чувствуя, как наши силы привычно переплетаются.
— Катрину отправят в изгнание, — продолжил он. — В горы, где когда-то жили первые драконы. Возможно, там она наконец поймет истинную природу нашей магии.
Внизу, в саду, Кайлин учил других драконят правильно концентрировать силу перед трансформацией. Его золотая чешуя сияла в лучах заката.
— Знаешь, — Райдер развернул меня к себе, — я думал, что любовь делает нас слабыми. А она делала нас сильнее все это время.
Его глаза светились драконьим огнем, но теперь в них не было холода — только тепло и что-то гораздо более глубокое.
— Я люблю тебя, — просто сказал он. — И больше никогда не забуду, что именно это чувство спасло наш клан.
Вместо ответа я потянулась к нему через связь, позволяя ему почувствовать всю глубину моих чувств. Наша магия вспыхнула вокруг нас золотисто-черным сиянием, и где-то вдалеке эхом отозвался драконий рев — словно сам мир праздновал начало новой эпохи.
Эпохи, где лед может растаять, а любовь становится не слабостью, а величайшей силой.
Ночь выдалась необычно темной — все три луны скрылись за плотным покровом облаков, словно сам мир пытался укрыться от чего-то зловещего. Я металась в беспокойном сне, когда почувствовала это — волну тревоги, прокатившуюся по нашей связи. Не мою тревогу — Райдера.
Его эмоции были похожи на встревоженное море: настороженность, беспокойство и что-то еще, более глубокое и темное. Я резко села в постели, прислушиваясь к нашей связи. После ритуала она стала настолько сильной, что иногда я могла не только чувствовать его эмоции, но и улавливать обрывки мыслей.
"Что-то не так", — его мысленный голос прозвучал в моей голове, напряженный и встревоженный. — "Спустись в библиотеку. Только тихо. Не зажигай свет".