Замуж вслепую — мой случай! Главное — не перепутать жениха…К моим приемным родителям заочно посватались еще год назад. Наконец я прибыла в Москву, чтобы исполнить их волю и выйти замуж. Но кто же знал, что у моего суженого есть взрослый сын – его молодая копия. О таком предупреждать надо, господин Энгрин! Иначе не удивляйтесь, что вашего отпрыска примут за вас, а заодно отдадут ему то, за что вы так дорого заплатили…Кстати, еще один нюанс — сынок понятия не имеет, что отец собрался жениться на 18-ней девчонке из провинции, то есть мне.От автора:Эта история идет параллельно той, что описана в первой книге цикла «Отличные» — «Идеальный брак по версии Волкова» (до событий, о которых повествуется в конце «Идеального брака», еще целых три года).«Невеста на полставки» читается как отдельное произведение.Однотомник
Среда, 19 сентября 2018 года
7:30
Артём
— Не смей трогать! — рычу я на притаившуюся у сейфа блондинку. — Как ты вообще сюда попала?!
Я вроде вчера головой не стукался. Лег спать в гордом одиночестве, никаких блондинок в отцовскую квартиру не пускал. Просыпаюсь и слышу, как в кабинете кто-то шуршит. Захожу, а тут картина маслом — какая-то шаболда пытается взломать сейф!
— Я — горничная Артёма Артёмовича… — лепечет она в оправдание.
Что ж, это по крайней мере объясняет, как она просочилась сквозь запертую дверь.
Отец редко пользуется своей городской квартирой. Наверняка девка подумала, что спокойно, без лишних свидетелей, провернет свои делишки. Меня ведь здесь тоже не должно было быть. Я — непрошеный гость, у которого есть ключи. Вернулся вчера из командировки к себе домой и обнаружил, что соседки сверху затопили мою квартиру. Тоже блондинки… Две размалеванные сучки — только и знают, что по клубам шататься да мужиков снимать. Укатили куда-то и кран в ванной открытый бросили. Кухня и ванная у меня теперь в аварийном состоянии. Какими идиотками надо быть, чтобы такое устроить, а?! Слов нет, одни эмоции.
Кульминация события — они отказались платить. Нет у них, видите ли, таких денег — финансировать мой дизайнерский ремонт. Только это разве мои проблемы? Нет денег? Значит, нечего заливать соседей! Ну ничего, я свое получу…
— Извините, но я ничего не собиралась красть! — напоминает о себе горничная.
— Это ты полиции расскажешь! — рявкаю так громко, что у самого уши закладывает.
Непонятно, на что эта выдра надеялась. Ведь всё равно на нее бы подумали.
Интересно, отец с ней спит или нет? Девчонка вполне в его вкусе: сиськи колом, задница — орех, лицо смазливое, волосы обесцвечены до нужного оттенка. Наверное, думает, раз дает хозяину, автоматом может запускать руку в его сейф? Черта лысого ты угадала, милая!
— Пошла вон оттуда!
— Вы сын, да? Я вас узнала…
Еще бы она меня не узнала, я — молодая отцовская копия. Разве что ростом выше и крепче в плечах. В остальном — те же вьющиеся черные волосы, такого же цвета глаза, к коже также быстро прилипает загар. У нас с ним даже бородки одинаковые.
— Послушайте, я просто оттирала пятна, тут было немножко заляпано… — бормочет девушка. — Ну в самом деле!
В голове мелькает мысль — вдруг не врет. В ее руках тряпка.
Может, красть и не собиралась, но открыть попробовать явно хотела. Впрочем, доказательств у меня никаких. Решаю просто от нее избавиться.
— Уволена!
Она выпячивает на меня свои оленьи глаза. Неужели думает, что пожалею? Не на того напала, тварь! Таких, как ты, я в принципе жалеть не умею.
Ненавижу блондинок. Тупейшие создания на всем белом свете. Всё, на что годны, — вовремя раздвигать ноги.
Надо признать, они меня тоже недолюбливают. Не только блондинки, но любые девчонки со смазливыми физиономиями. Я не просто жутко похож на отца, я также гордо ношу фирменный знак рода Энгриных — трапециевидное родимое пятно на полщеки. Такое есть у отца, деда, прадеда — каждого мужчины из нашей семьи. А женщины у нас отчего-то не рождаются. Да и жены систематически мрут, если не успеваем с ними вовремя развестись. Отец, например, похоронил целых две, включая мою мать, еще с двумя расплевался. Чувствую, у него не за горами пятая…
— Собирай шмотки и вали отсюда! — рычу на горничную.
Та пытается разжалобить слезами, но быстро понимает, что не найдет во мне благодарного зрителя.
Через два часа:
Артём
Ненавижу, когда меня будят по утрам. Я — типичная сова.
День безнадежно испорчен, еще и кофе на рубашку пролил. Бросаю ее на кровать в отцовской спальне, беру одну из его сорочек. Когда надеваю, она почти трещит по швам, но это всё же лучше, чем щеголять с пятном на груди. Переоденусь в офисе — секретарша всегда держит для меня про запас пару белоснежных рубашек.
Гляжу на часы — я уже практически опоздал. Несусь к выходу, и тут дверь открывается, впуская очередных непрошеных гостей. Водитель отца, Юрий, вводит в квартиру еще одну жертву перекиси водорода.
Господи, свалились же на мою голову!
— Здравствуйте… — лопочет гостья и замирает, нагло на меня уставившись.
Терпеть не могу, когда девчонки задерживают взгляд на моем лице, смотрят на родимое пятно. Мне двадцать семь, а бьет по нервам так, будто мне до сих пор четырнадцать. Такое чувство, будто оценивают, дали бы мне или нет.
Ответом девушку не удостаиваю, демонстративно поворачиваюсь к Юрию.
— Это кто такая вообще?
— Ну как… Я — Злата Габарашвили! — отвечает за него девчонка.
Представившись, ждет от меня какой-то реакции, хлопает своими длиннющими ресницами. Эти опахала по полщеки закрывают, ей богу.
— Вам разве не сказали, что я приеду? — тем временем продолжает девушка.
— Ты из «Отличных»? — вдруг доходит до меня.
