— Я пробил имя следившего: Улдан Габарашвили. Майор полиции, прописан в городе Геленджик. Наверное, какой-то родственник, раз одинаковые фамилии…
— Откуда он ее проводил? От работы до дома?
— Не совсем проводил… скорее, проследил за ней. Теперь наблюдает за ее подъездом. Мне непонятна цель слежки, если он родственник. Почему не выйти на прямой контакт? Меня не засек. Действует почти внаглую…
— Сейчас буду!
Времени даром не теряю, сразу выезжаю.
«Кто ты, Улдан Габарашвили?»
Злата вроде по документам Авзураговна. Значит, не отец. Кажется, мой папа упоминал в разговоре дядю из органов, который крышует дело с невестами на продажу. Наверное, это он и есть. Но почему он здесь? Зачем ему Златка, ведь ее семья уже получила за нее немалый барыш.
За своими мыслями сначала даже не замечаю, что попадаю в огромную пробку.
— Черт! — стучу рукой по рулю.
Достаю телефон, предупреждаю Сафронова:
— Если гость решит пойти к Злате, даже в подъезд не пускать! Вызови еще людей!
— Уже, Артём Артёмович! Не переживайте!
До места удается добраться лишь через час с небольшим. Замечаю машину детектива, паркуюсь рядом. Тот тут же пересаживается ко мне в салон.
Задаю единственный вопрос:
— Где?
Сафронов указывает на черный Volkswagen у самого подъезда Златки.
— Артём Артёмович, мои ребята прибыли, ждут на улице…
— Это хорошо, это в тему… Поможет разговору.
Выхожу из машины, ко мне тут же присоединяются два здоровых лба. Иду вместе с ними прямо к машине майора. Открываю переднюю дверь, без приглашения сажусь в салон. Мои помощники также смело и беспардонно устраиваются на заднем сидении.
Осетин сразу начинает ощутимо нервничать. Кривит свою мерзкую рожу.
— Кто такие?! — спрашивает, потом вглядывается в мое лицо и, похоже, узнает.
Нет, узнает не меня, мы с этим уродом уж точно никогда не встречались, обладаю великолепной визуальной памятью. Ему определенно знакомо мое родимое пятно.
— Артём Энгрин! — представляюсь сразу.
— Что-то ты слишком молод… — тянет он, прищурившись.
— Сын… — поясняю.
Осетин еще больше хмурится, но мне его настроение до лампочки.
— По какой причине ты следишь за моей девушкой? — мне удается задать этот вопрос почти спокойным голосом, хотя внутри всё кипит от возмущения.
Майор отвечает мне таким же псевдоспокойным тоном:
— Злата Габарашвили — не твоя девушка, сын Артёма Энгрина! Она прибыла в Москву не для того, чтобы крутить романы. Девчонка должна была выйти за твоего отца, а раз этого не случилось, я ее забираю! Мы растим не шлюх для московских богатеев, мы растим жен!
Меня его пафосная речь ничуть не трогает.
— Так может, ты и деньги моему отцу вернул?
На этот прямой вопрос майор предпочитает не отвечать, лишь хмурится. Продолжаю грозно:
— Откуда ты вообще узнал, что девчонка не вышла замуж?
— Твой отец сам мне звонил, жаловался на нее…
Тут вспоминаю, отец вроде бы это упоминал во время нашего разговора по душам.
— Насколько мне известно, отец звонил тебе не вчера, почему ты приехал только сейчас?
— У меня были дела, а потом я не сразу ее нашел…
— Не понимаю… Зачем вообще искал? Почему не пришел открыто к моему отцу, объяснил бы, зачем приехал? К чему искать девушку самому, а потом тайком за ней следить?
Осетин хмурит рожу, не спешит с ответом, тогда я отвечаю за него:
— Ты хотел разведать обстановку, а потом забрать ее втихаря от моей семьи, и плевать тебе, что за нее уже заплачено! Что ты хотел с ней сделать?
— Забрать домой! — чеканит выродок Габарашвили.
— Зачем? — продолжаю еще более грозным тоном. — Что ее там ждет? Быть может, новый жених?
— Злата не вышла замуж, а значит, твой отец не выполнил свою часть сделки. Он позволил ей уйти, следовательно, потерял права на девушку!
Картинно усмехаюсь:
— Что, если я тебе скажу, что я выкупил у отца права на эту девушку?
— Но ты ведь тоже на ней не женился! Ты даже с ней не живешь, а значит…
— Ни черта это не значит! — мое лицо резко грубеет. — Наше раздельное проживание лишь временно! Девушка моя, и я не позволю тебе бросить на нее даже косой взгляд!
— Не тебе решать… Ей пора домой!
— А кому решать? Тебе? Может, у себя в Мухосранске ты и имеешь какой-то вес, здесь ты ноль без палочки! Предупреждаю один раз — сунешься, сразу сообщу куда следует! Тебя загребут за попытку похищения, а там, глядишь, и вскроется подноготная твоего чудо-бизнеса!
На самом деле я блефую. У меня много полезных знакомств в самых разных кругах, но не в органах. Однако если понадобится, друзья помогут найти и такие связи, потянут за нужные ниточки, хотя признаваться в том, что заплатил за свою девушку больше десятка миллионов рублей, мне, понятное дело, не хочется.
— Мы не делаем ничего плохого! Женихи наших дочерей платят калым по доброй воле!
«О-о-о, начал оправдываться, значит, проняло…» — это меня очень радует.
— Это будешь объяснять не мне! — продолжаю давить. — Ну, рискнешь здоровьем?
При последней фразе молодцы с заднего сидения начинают дышать чаше, чувствуют всё нарастающее напряжение.
Осетин делает вид, что их не замечает, молча изучает взглядом мое лицо.
