— Не обвиняй меня в своей инфантильности, — я не узнала свой собственный голос. Такой ледяной, что аж сама поежилась. — Сказала же, что скоро съеду. Вот тогда тебе никто не помешает быть матерью во всех смыслах этого слова.
Прозвучало как угроза. Ксюша немного поежилась, но, я прямо читала ее мысли, явно намеревалась доказать всем и вся, что она может. Ну, дай бог. Хорошо, если у нее получится. Мне-то все равно до ее ущемленной гордости. За детей переживаю.
— Жду не дождусь, — сказала она.
Я решила больше не продолжать бессмысленный спор вслух. Просто смерила ее скептическим взглядом и сказала:
— Спокойной ночи.
И ушла в свою комнату. Уснуть получилось не сразу и, когда зазвонил будильник, я отложила его еще на пять минуточек, а потом еще на пять, поэтому едва успела собраться на работу сама и снарядить ребят в садик.
Головная боль никуда не делась, но в аптеку зайти времени уже не было. Так и пришла в офис немного растрёпанная, в широком и очень удобном бежевом свитере и черных брюках, которые тоже не сковывали движений. Хоть что-то приятное в жизни.
Заскочила в двери лифта вслед за боссом.
— Доброе утро, — вежливо поздоровался он.
«Скверное утро добрым не бывает» — проворчала я про себя, а вслух добавила:
— Здравствуйте. Я не опоздала.
— Я вижу. Тютелька в тютельку. Вы скверно выглядите, Надя.
Я обернулась и оценивающе посмотрела на него. Не нашла к чему придраться и разозлилась.
— А вы прям как жАних!
— Бьете по больному? — хмыкнул он.
— Ага.
— Доболтаетесь, и я украду вас по кавказским обычаям.
Лифт открылся, я шагнула в коридор. Владислав Исмаилович последовал за мной.
— А что неплохая идея, — продолжал он меня бесить. — Увезу вас в горный аул и все — ищи свищи.
Я резко обернулась. Он почти налетел на меня. Встала — руки в боки.
— Ну? Чего уставились? Хватайте и бегите, — я нетерпеливо потопала ногой. — Я жду. Даже паспорт с собой прихватила.
Шикарные брови босса поползли на лоб. Он обошел меня по широкой дуге и сказал:
— Вы сегодня очень… грубая. Я пытался поднять вам настроение. У вас совсем чувства юмора нет, Надя?
Я немного опешила. Стало даже стыдно. Где-то. В глубине души. Но негодование победило стыд и вылезло наружу.
— Это меня нет чувства юмора? Да у меня его, знаете ли, море. Но оно временно отсутствует, потому что я провела кошмарную бессонную ночь. Видите? Какие синяки под глазами, — я указательным пальцем немного оттянула нижнее веко. — Я вообще не выспалась. У меня голова теперь болит. И за свою доброту отхватила по полной! И знаете, что самое ужасное? Я бы и хотела от них съехать, была бы тогда любимой сестрой и тетушкой, но не могу. Мне некуда. Я на ипотеку собираю, но, — ткнула его в грудь, — с той зарплатой, которую вы мне платите, я смогу накопить на первый взнос только через сто лет! И шутками-прибаутками мое дурное настроение не исправить!
Теперь я обошла его и зашагала в сторону нашего офиса. Отголоски моего собственного голоса звенели в ушах. Черт побери! Я на босса накричала.
Открыла дверь, дошла до своего стола и плюхнулась в кресло, даже не сняв пальто. Владислав Исмаилович уволит меня, как пить дать! Я уронила голову на руки и сжала простреливающие болью виски.
Хлопнула дверь. В поле зрения появился пластиковый стаканчик с водой и, подталкиваемый рукой начальника, проехал по столу. Рядом шлепнулись таблетки.
Я подняла взгляд. Вот паразит! Все-таки расшевелил мою совесть и теперь мне одновременно очень приятно и стыдно.
— Спасибо.
— Есть за что. У всех бывают проблемы. И моя тоже ужасная, поверьте.
Взгляд у него был теплый, сочувствующий. Это даже лучше, чем ловить на себе восхищение. Он только вчера на меня так немного смотрел и, конечно, льстил мне. Сейчас я прямо прониклась. Слова великодушно сорвались с губ прежде, чем я успела их подумать:
— Я согласна вам помочь.
Вот те на! С ума сойти, какая у меня молниеносная реакция на минимальную заботу. Мозг сразу же раскис и начал вытворять страшные вещи. Пользуясь моим потрясением, он захватил власть над языком. Захотелось шлепнуть себя по губам, когда заинтересованный спонтанным согласием пуститься во все тяжкие, Владислав Исмаилович опустился на небольшой стул напротив.
Я возвела глаза к потолку, молясь о том, чтобы он был джентльменом и не воспользовался минутной слабостью. В его глаза никаких не было сил смотреть. Уж очень он страстно на меня уставился. Будто я женщина его мечты. Даже покраснела немного.
Но молитвы не были услышаны. Я это сразу поняла, потому что босс спросил:
— Сколько у вас там не хватает до нужной суммы?
Ах вы, нехороший человек, Владислав Исмаилович! Знаете, с чего начать переговоры.
— Семьдесят тысяч, — тяжело вздохнув.
— Хорошо. А какую недвижимость вы бы хотели купить?
— Эм-м-м… Однушку? Дешевую недвижимость. Я не хочу полжизни платить ипотеку.
— Самые дешевые варианты бывают в недостроенных домах. Из-за рисков, вы же понимаете. И дом придется ждать несколько лет, потом делать ремонт. Все равно дорого выйдет.
