Но все-таки где же Настя? Ольга Ивановна подошла к туалетному столику дочери, чтобы позвонить в колокольчик и вызвать Ульяну, но тут ее взгляд упал на листок бумаги на шелковом покрывале кровати на самом виду. Она взяла его в руки, прочитала несколько торопливых строчек, написанных рукой дочери, и обессиленно опустилась на стул. Настя все уже решила и за себя, и за нее...
О господи! Ольга Ивановна перекрестилась! Схватила колокольчик и позвонила. Через некоторое время на пороге появилась Ульяна со стопкой чистого, выглаженного белья.
- Где барышня? - спросила Ольга Ивановна, чуть ли не с ненавистью глядя на безмятежное лицо служанки. - Разве я не предупреждала тебя, чтобы следила за каждым ее шагом?
Ульяна положила белье на кровать, бросилась в ноги барыне, голося на весь белый свет, что ни сном ни духом не ведает, куда на этот раз подевалась барышня!
- Куда она исчезла, я без тебя знаю, - сказала сердито Ольга Ивановна и приказала:
- Вставай, нечего теперь выть. Иди к себе и, как только вернется Глафира Афанасьевна, скажи ей, что я поехала к Райковичу искать Настю.
Ульяна вскочила на ноги, перекрестилась и выбежала из спальни.
Ольга Ивановна спустилась в вестибюль, вызвала дворецкого и велела приготовить ей коляску.
- Не извольте беспокоиться, барыня, - Федор слегка поклонился, - я уже приказал заложить для вас экипаж. Через несколько минут его подадут к крыльцу. - Он опять склонил перед ней голову и подал Ольге Ивановне большой конверт из плотной бумаги. - Свежая почта на ваше имя, барыня.
- Подожди, это не к спеху! - Ольга Ивановна с недовольным выражением на лице отвела его руку, и вдруг взгляд выхватил обратный адрес, выведенный знакомым почерком управляющего. Письмо из Красноярска! Определенно, что-то там случилось! Кавтасьев, управляющий ее делами, периодически, раз в два месяца, сообщал ей о состоянии дел на приисках. Но это письмо было внеочередным, так как прошло меньше месяца со дня получения последнего, и только поистине чрезвычайные обстоятельства могли вынудить Кавтасьева снова написать ей.
Она быстро распечатала конверт и пробежала глазами письмо. Не веря своим глазам, она подняла взгляд на дворецкого, покачала головой, словно избавлялась от наваждения, и вновь перечитала письмо. Потом побледнела как полотно и, прижав руки к груди, медленно опустилась в кресло.
- Иван, срочно воды барыне! - крикнул дворецкий лакею, стоящему у парадных дверей, а сам склонился над Ольгой Ивановной и, используя конверт вместо веера, принялся обмахивать ей лицо. - Что с вами, барыня? - спросил он встревоженно и, взяв из рук слуги стакан с водой, поднес его к губам Ольги Ивановны.
Она сделала несколько глотков, закрыла глаза и откинулась обессиленно на спинку кресла. Дворецкий и лакей растерянно посмотрели друг на друга. Но в этот момент распахнулись двери, и на пороге появился рассерженный Фаддей.
- Что здесь происходит, милейшие? - произнес он с явным раздражением в голосе, заметив застывших по стойке "смирно" дворецкого и лакея с пустым стаканом в руках. - Добрые четверть часа звоню, стучу в дверь, никто не открывает! - Тут он увидел в кресле Ольгу Ивановну и устремился к ней. - Что с вами, дорогая? Вам плохо?
Она открыла глаза и молча подала ему письмо.
- Что это? - Багрянцев с недоумением посмотрел на листок бумаги. - Вы предлагаете мне прочитать его?
- Читайте, Фаддей, - Ольга Ивановна опять закрыла глаза, - читайте скорее и скажите, что все это мне не снится.
Поэт прочитал письмо один раз, потом второй и, взяв ее за руку, спросил:
- Когда вы это получили?
- Только что! - ответила Ольга Ивановна и заплакала. - Я всегда знала, я просто чувствовала, что Костя и Курей не могли утонуть, их попросту убили.
- Ольга Ивановна, - Фаддей склонился над ней и поцеловал руку, - но это еще не доказано. По обрывкам одежды вряд ли можно установить, чьи останки найдены в тайге...
- Ничего вы не знаете и не понимаете, Фаддей. - Ольга Ивановна вытерла слезы носовым платком и с глубокой печалью в глазах посмотрела на него. Кавтасьев мог сообщить мне только то, в чем полностью уверен. Я хорошо знаю этого человека. Останки найдены в сухом месте, в песчаном отвале, и, если бы не оползень, их вряд ли бы когда-нибудь нашли. Одежда достаточно хорошо сохранилась, и ясно видны пулевые отверстия. Их убили выстрелом в голову, и, возможно, когда они спали. Иначе ни Костя, ни Курей просто так бы не дались! Нет, Фаддей, я полностью уверена в том, что нашли останки моего мужа и его проводника... Но как же тогда рассказ Райковича? Выходит, он солгал? И карта... Карта Костина пропала... - Она вскочила на ноги и с ужасом посмотрела на Багрянцева. - Теперь я знаю, это он убил Костю, больше некому, и все его беспамятство сплошная ложь! О боже! Настя! - вскрикнула она вдруг и схватила поэта за руку. - Настя поехала к нему!
- Постойте, Ольга, - поэт грозно посмотрел на лакея и дворецкого. Они тут же исчезли, словно их никогда и не было в вестибюле. А он обнял женщину за плечи, усадил ее в кресло и попросил:
