Н-да… Загадка. Как бы не попасть впросак. И ведь не спросишь. Так и придется своими силами, постепенно, по чуть-чуть приоткрывать завесу тайны. Ведь прав Блай, не всем верить можно. И в своем мире можно ошибиться, а уж в этом… Все люди новые, по характеру странные. Надо было приглядеться получше, а потом действовать, а Лиля как истинно русская душа сначала согласие дала, а уж потом задумалась о последствиях. Ну да ничего, на то она и попаданка, чтобы делать не так, как тут привыкли. Глядишь, и результат будет неожиданный.
И все-таки, кто из них лжет? Артемис или горбун? А может, оба?
Следующий день не принес ничего нового. Риккон куда-то отъехал по своим магическим делам (как-никак волшебник из него неплохой, так люди говорят), горбун тоже внезапно испарился. А Лиля старательно избегала компании Артемиса. Она совершенно не представляла, как себя вести с ним. Вроде и оснований для обвинений нет, и в то же время крохотное зерно недоверия легло в благодатную почву. Даже Матильда старалась не упоминать в своих разговорах златодольского мага, щебетала что-то абстрактное и при любой возможности старалась избавиться от общества госпожи.
Скукота, одним словом.
А вот назавтра стало повеселей. Хотя все началось до смешного обыденно.
– Леди Лилия, – Матильда распахнула шторы, – пора вставать.
– Ну-у…
– Скоро завтрак, вам надлежит привести себя в порядок.
– Мотя-а-а…
– Госпожа, лорд Риккон вернулся, уже спрашивал про вас.
Лиля разлепила один глаз:
– Что спрашивал?
– Интересовался, успеет ли он поговорить с вами до завтрака.
– А ты что ответила?
– Что конечно успеет.
– Неправильный ответ, – зевнула Лиля. – Я еще сплю.
Матильда скептически оглядела взлохмаченную хозяйку:
– Вы проснулись. И уже готовы к водным процедурам.
– Не-а, ни капли не готова.
– Поверьте мне, готовы, – уверенно кивнула камеристка. – Лорд упомянул, что у него какой-то сюрприз.
Лиля мигом откинула одеяло:
– О, тогда готова! Доставай алое платье.
– Нет, там непозволительно большое декольте, – возразила камеристка.
– Нормальное.
– Нет, миледи, надевать такое с утра нельзя, только ближе к вечеру. Лорд сочтет вас распутной.
– Распутной? – замерла на полпути Лиля, обдумывая ее слова. – Как думаешь, это оттолкнет его или нет?
– Лорда? – Матильда поджала губы. – Осчастливит.
Как ни странно, но с каждым днем камеристка становилась все откровеннее, позволяя себе не только поучительные нотки, но и довольно дружеские. Словно какая-то струна, натянутая до предела в самом начале, сейчас давала слабину, позволяя изредка видеть ее истинное лицо. И это лицо Лиле нравилось.
Надев более скромное платье, которое Матильда назвала приемлемым, и заплетя волосы в тяжелую косу, молодая госпожа придирчиво глянула в зеркало:
– Чего-то не хватает.
– Чего? Все в норме. Ничего лишнего, ничего недостающего. Идеально.
– В том-то и дело. Слишком хорошо. – Лиля сморщила нос. – Сделай что-нибудь.
– Что же я сделаю?
– Да вон хоть сажей мазни мне по лбу. Только пожирнее.
– Знаете что, миледи… – Матильда расправила плечи. – Хотите позориться, так позорьтесь от своего имени, а звание хозяйки Златодола оставьте неприкосновенным. Вам ведь не просто так его вручили. Ой!..
Лиля медленно растянула губы в зловещей ухмылке. Вот и попалась рыбка золотая! Надо же было так оговориться.
– Вот тебе и «ой», – прошипела она, подходя к служанке вплотную. – Что же ты так разгорячилась-то? Забыла, как вести себя должна? Мне стоит тратить время на расспросы или сама все расскажешь?
– Госпожа, я…
– Мотя, не нервируй меня!
– Я еще же ничего такого не сказала!
– Иногда хватает и пары ненароком оброненных слов, – многозначительно заметила Лиля. – Знаешь, как выглядит ситуация со стороны? Ты, вся такая благовоспитанная, надменная, до отвращения зацикленная на порядке и правилах, вдруг поступаешь на службу в богатый дом, где – вот незадача! – хозяйкой является особа, которая плевала на все твои правила с высокой башни. Так?
Камеристка нервно кивнула:
– Вы очень проницательны… Все именно так.
– Да нет, не все так.
Лиля направилась к двери и, повернув ключ в замке несколько раз, спрятала его к себе в корсет. Осторожность никогда не бывает лишней. Нельзя позволить Матильде уйти без ответа. Если уж она умудрилась оговориться, надо воспользоваться ситуацией до конца. И пусть оговорка незначительна, пусть нет настоящих доказательств, но у попаданки есть одно огромное преимущество – она читала про Шерлока Холмса.
– А ведь все элементарно, Мотя. – Заложив руки за спину, Лиля прошлась по комнате. – Ты слишком хорошо воспитанна для горничной – это раз. Ты слишком образованна – два. И наконец, ты слишком много лжешь – это три.
– Госпожа!
– Как давно ты устроилась в Златодол?
– Я уже говорила. И не раз.
– Как давно ты стала камеристкой для златодольской наследницы? Отвечай!
– Около года назад! Почти.
– Как-то обтекаемо звучит твое «почти», – прищурилась Лиля. – Артемис сказал, что тебя наняли на работу за пару дней до моего приезда.
– Артемис? Это ложь.
