Я подаюсь вперед и кладу палец на ее губы.
– Т-ш-ш. Давай вместе в этом убедимся. Один ужин наедине. Узнаем друг друга получше.
Она отступает.
– Нет. Твой контроль…
– Под контролем, – серьезно подтверждаю я. – А если нет, то тебя защитит моя клятва. Если попытаюсь тебе навредить, мне прилетит от собственного волка так, что мало не покажется. Я мог бы приказать тебе идти за мной, но, как видишь, не злоупотребляю своей властью. Совсем другое дело, если ты опасаешься не за мой контроль, а за свой.
Ловлю яростный взгляд: вредный волчонок вот-вот капитулирует.
– С моим контролем все в порядке!
– То есть кричать «Еще, Хантер! Сильнее!» не будешь? Тогда тебе не о чем волноваться.
Алиша багровеет.
– Ты даже не пытаешься притвориться, что это просто ужин.
– Я не собираюсь тебя обманывать. Мне хочется понять, насколько сильно я тебе не нравлюсь.
– Ты мне не веришь?
– А ты веришь себе? Может, стоит проверить?
Она молчит, буравит взглядом надпись на моей футболке с логотипом университета, в котором я учился и работал до переезда в Крайтон. А когда поднимает взгляд, мне хочется утащить волчонка к себе без спроса.
– Я все равно не могу ужинать в твоей спальне.
– Я могу попросить принести еду сюда, но тогда свидание перестанет быть тайным.
– Не надо!
– Тогда идем со мной.
Я протягиваю ей ладонь, а Алиша закусывает губу, все еще раздумывая.
– Убедишься, что мы истинные, или что нет.
Мне кажется, что она и сейчас придумает кучу «нет», тем приятнее ошибиться.
– Один ужин, – говорит она, принимая мою руку.
– И несколько поцелуев, – подмигиваю я.
– Ничего лишнего.
– Ничего из того, что тебе не понравится.
Волчонок тяжело вздыхает, но не спорит. Мне до жути интересно, о чем она думает, что побудило ее согласиться, и я рассчитываю узнать это до конца вечера. Раскрыть эту загадку. Я сжимаю ее миниатюрную ладонь и тяну за собой, и спустя несколько минут мы оказываемся в моей новой спальне, по пути так никого и не встретив.
Между диваном и креслами расположился столик на колесах, на нем большие блюда, накрытые крышками, бутылки с вином и водой, бокалы, штопор и два горячих полотенца. Верхний свет выключен, горит лишь несколько светильников. Не хватает только тихой музыки, но это я тоже исправляю, включая стереосистему и свой любимый плейлист. Первый аккорды и голос Лорен Диви разгоняют тишину.
Так-то лучше.
Думал, волчонок будет торчать возле входа, но она деловито топает к столику, открывает все крышки.
Маркус выполнил мое пожелание: на одной тарелке миниатюрные тарталетки и роллы, на второй – фрукты. Шеф у Прайеров виртуоз, все красиво и аппетитно. Под третьей крышкой горячие полотенца.
– Сесиль меня убьет, – бормочет под нос Али.
– Так ее боишься?
Она поднимает на меня глаза и признается:
– На самом деле, нет. Но голос разума в моей голове разговаривает ее голосом.
Я не сдерживаю смеха.
– У тебя не получится, – говорю, подхватывая два блюда и переставляя их на журнальный столик, поближе к дивану. Алиша подхватывает третью тарелку и устраивается рядом.
– Что не получится?
– Быть скучной.
– А я думала, что ты считаешь меня занудой и консервой.
Алиша вытирает руки полотенцем, берет одну из закусок и откусывает кусочек.
– Я бы сказал, что ты немного зажата и слишком часто прислушиваешься к голосу Сесиль в голове.
– Это материнский голос. Он защищает от необдуманных поступков.
– Таких, как ужин в моем обществе?
– От этого тоже.
– Значит, сегодня ты ее не послушалась. – Я подаюсь вперед, перехватываю ее запястье и подношу к своим губам. Слизываю остатки лакомства с ее ладони. – Почему?
Глаза Али расширяются, радужку заливает золото, а пульс под пальцами учащается, выдавая ее волнение.
– Ты знаешь – почему.
– Нет. Расскажи мне.
– Ради проверки.
Я так увлекаюсь сладостью ее кожи, что смысл слов доходит до меня не сразу.
– Проверки?!
– На истинность. Ты же этого хочешь?
Я долго-долго смотрю в глаза Алиши и не знаю, рычать мне или смеяться, потому что она не шутит. Изо всех слов, что я сказал в дверях ее комнаты, зацепилась она именно за это. Али действительно пришла ко мне, чтобы проверить истинность.
– Вот как? Тогда приступим.
Не сдерживаю улыбку, и, судя по тому, что волчонок слегка бледнеет и инстинктивно отодвигается, улыбка получается по меньшей мере коварной. Алиша косится на кровать, и по моему телу проходит такой разряд тока, будто меня подключили к электростанции.
Владыка, дай мне сил удержать контроль! Я же зверь, хищник, которого такие взгляды и эта недоступность только провоцируют.
– Нет, Али, детка, – «разочаровываю» я, – кровать опробуем после. Сначала ужин. Подай мне вот ту креветку.
Она берет закуску и пытается передать мне, но я качаю головой.
– Не так. Мы все-таки на тайном свидании, а не на встрече выпускников.
Судя по ее виду, Алише хочется бросить в меня несчастной закуской, но сегодня она снова удивляет – подносит креветку в кляре к моему рту. Осторожно, словно боится, что укушу. На этот раз я не собираюсь нарушать ее ожидания: вбираю угощение губами, а затем прихватываю волчонка за палец. Легонько, предупреждая, что дальше будет больше.
