Не помогли и разговоры с другими принцессами. Либуше была полностью занята младенцем. Мелисса же только вздохнула, выслушав: «Вот чуяла я, что это добром не кончится. Пойдем-ка к Гуннару». В первый момент Фредерике не поняла, зачем. - Затем, что Гуннар у нас ведает не только дипломатией. Если есть что-то, что ты должна знать о Шатцфельзе, он расскажет. - А почему сразу не рассказал? – Прищурилась Фредерике. - А ты спрашивала? - Невестка приподняла бровь. – Мы пытались с тобой поговорить, но тебе все время было не до нас. Подожди, я вышлю мужу птичку, сможет ли он принять нас прямо сейчас. Я тоже могу знать не все. А раз мы уж начали этот разговор лучше вести его предметно. Принц Гуннар смог. «Присаживайтесь, дамы», - радушно пригласил он, лично закрывая за принцессами дверь и навешивая на ручку амулеты от подслушивания. – «разговор предстоит чрезвычайно интересный». После этого разговора Фредерике вышла из комнаты, чувствуя, что ее мир перевернулся. Получив от жены просьбу, Гуннар приготовился, достав из потайного ящика несколько интересных документов.
И сейчас Рике предстояло смириться с тем, что отец писал фразскому королю, в связи с новыми обстоятельствами, как-то его родство с королем Люнборга. Писал, требуя пересмотреть решение о так называемом «фразском наследстве». И писал королю Эриху и Рихарду, требуя уговорить поверженного соседа снова поднять пошлины ха проход через перевалы. - Что происходит? – Спросила она, поднимая глаза на принца Гуннара. – Я уже ничего не понимаю. - Собственно, происходит то, что должно, - спокойно ответил принц, глядя на невестку с сочувствием. – Твой отец пытается выгадать для своего графства как можно больше выгод. Он делал так раньше, он делает так и сейчас. - А я – разменная монета? – С горечью констатировала факт Фредерике. - Это тебе самой решать. Но, раз уж ты начала об этом задумываться, то я бы сказал – нет. «Люнборги служат Люнборгу» - ты когда-нибудь слышала эту фразу? - Да, кажется. Ее частенько произносил Рихард… Раньше. - И не только он. В общем, сейчас тебе предстоит решить, фон Люнборг ты или фон Шатцфельз. И, исходя из этого решения, действовать дальше.
Фредерике встала, подошла к окну и некоторое время задумчиво смотрела вдаль. Ей казалось, что если долго-долго смотреть, можно увидеть вдали шпили замковых башен Шатцфельза. Шатцфельза, в котором она прожила девятнадцать лет своей жизни, и который оказался, в итоге, далеко не сказочным замком.
Вернувшись в свои покои, Фредерике некоторое время не могла успокоиться. Магдалену, которая попыталась выяснить, в чем дело, без разговоров услала спать. Но к самой Фредерике сон не шел. Пытаясь отвлечься от тяжелых мыслей, Рике начала перебирать на полке любимые книги. Внезапно ее внимание привлекла незнакомая обложка. Книги – не самый дешевый товар. И все же, Рике была готова поклясться, что этой книги она не открывала. Так как же она могла оказаться на ее полке?
Она взяла в руки томик, чтобы посмотреть, что за книга. Внезапно из-за обложки высыпались засохшие цветы лаванды. Часть из них, упав на пол рассыпалась на мелкие крошки. Рике, прочтя дарственную надпись, еще долго крутила книгу в руках, пытаясь вспомнить, когда же Рихард дарил ей эту книгу и почему она ее не прочла? А потом села прямо на пол и расплакалась. Похоже, в отношениях у нее получилось точь-в-точь как с Шатфельзом. В погоне за любовью сказочной, она упустила шанс на что-то настоящее.
