Стоило Алмазову произнести это своим надрывно бархатным голосом, как я вздрогнула. Его близость вызывала тайфун эмоций, не все из которых были отрицательными. И это злило. А злость давила в зародыше любое возбуждение.
– Маленькая жена решила проявить характер? – Тигран положил руку на мою шею и несильно сжал, отклоняя голову себе на плечо.
Эта хватка показывала мне, что он значительно сильнее. Ладонь сжимала горло так, чтобы я не втягивала судорожно воздух, но переживала, смогу ли сделать следующий вдох.
– Расслабься и позволь мне вести эту партию, – его приглушенный шепот обжег кожу. Губы мимолетно коснулись открыто подставленного горла. Этот жест слишком откровенный, слишком интимный. Он выражает доверие с моей стороны, но это не так!
– Ты, как сжавшийся комок нервов, Катя… того и гляди, будет взрыв, – Алмазов неуловимо ласкал мое тело. Его пальцы, на подобии крыльев бабочки, легонько касались бедер, живота, груди, – Я бы хотел посмотреть на это зрелище.
Я не особо слушала, что он говорит. Просто все внимание переместилось к его рукам, которые жили своей жизнью и активно вовлекали в эту жизнь мое тело.
Мужчина особо нежно касался бедер и низа живота, чем вызывал у меня крупную дрожь.
Он осыпал мои скулы и плечи воздушными поцелуями, плавно касаясь губами влажной кожи. Слизывал маленькие капли и не забывал ласкать обмякшее тело.
В какой-то момент палец коснулся половых губ, задевая чувствительный бугорок, выглядывающий от любопытства и сдерживаемого возбуждения.
– Такая горячая…
Он медленно продвигался вдоль складочек, надежно зафиксировав меня, чтобы не вырывалась.
– Хватит. Не надо, – выдохнула и едва сдержалась, чтобы не выгнуть спину от легкого накатывающего удовольствия.
– Не думаю, что ты хочешь все прекратить именно сейчас, моя маленькая жена.
– Фиктивная жена, – поправила его.
– Пожалуй, мы введем еще одно правило, – задумчиво сказал Тигран, – Чтобы больше я не слышал от тебя этого слова. Понятно?
– Какого? Жена?
– Фиктивная! – раздраженно выплюнул он, резко прижимая меня к себе, – Даже у стен есть уши, а я не хочу, чтобы кто-то посторонний знал истинное положение вещей. Ясно?
– Ясно, – буркнула в ответ недовольная сменой его настроения.
– А теперь, Катюша, игры в сторону…
Тигран развернул меня к себе лицом, как тряпичную куклу, и не дав время на раздумья, поцеловал. Он держал мое тело, не позволяя отстраниться или выскользнуть из влажных объятий.
Я чуть приоткрыла губы, потому что было невозможно сопротивляться его напору. Язык властно раздвигал губы, сминал малейшее сопротивление, увлекая за собой, даря новые ощущения.
Принимая поцелуй Алмазова, я вдруг отстраненно задумалась о Лешке. Не помню, чтобы он когда-нибудь так жадно и властно целовал меня. Хотя не стоит их сравнивать… У Алмазова за плечами годы опыта, а мы экспериментировали друг на друге, вместе учились и постигали грани целомудренного удовольствия.
– Катюша, отвечай мне, пока я вконец не убедился, что целуюсь с резиновым бездушным манекеном, – усмехнулся мне в губы Тигран.
– Резиновый манекен устал и хочет спать, – я даже прикрыла глаза, чтобы он не видел в них моего обмана.
– А мне кажется, манекен решил прикинуться валенком и отмазаться от супружеского долга.
– Женаты всего день, а я уже успела где-то задолжать?
– Кхм… ты права, – как-то нехорошо усмехнулся мужчина, – А вот за мной явно есть должок.
– Ничего, я его тебе прощаю, – развела руками и стала медленно выбираться из джакузи, пятясь задом. Алмазов на это лишь приподнял бровь и с интересом наблюдал за моими чудесами ловкости и грации. Когда же я оказалась на спасительном коврике, он бросил мне полотенце и приказал:
– Вытрись и иди в кровать.
Я закуталась в огромное полотенце и быстро выскочила из ванны. В комнате насухо обтерлась и влезла в пижаму, выключила свет и юркнула под одеяло, заворачивая то со всех сторон. Я была похожа на большую сосиску в тесте, до которой невозможно добраться.
Дорогая ткань постельного белья приятно ласкала кожу и дарила блаженное тепло, которое хоть немного, но унимало дрожь во всем теле. Из ванны доносились плещущиеся звуки воды, включения душа и звон тюбиков с гелями.
Разморенная водой и такими насыщенными событиями я стала быстро засыпать, хоть и старалась изо всех сил прислушиваться к тому, что происходит за закрытыми дверями ванны.
– Катя.., – почему-то над ухом раздался насмешливый голос, – Я думал, ты лежишь вся такая меня ждешь, а ты спишь, как сурок, и в ус не дуешь.
– А? – я непонимающе покрутила головой, пытаясь хоть что-то разглядеть в темноте.
Кровать рядом со мной опасно прогнулась, и в нос ударил свежий запах цитрусового геля для душа.
– Бэ, – недовольно передразнил Алмазов, – Закуталась в одеяло аж в два оборота! Отдай мне хоть кусочек.
– Иди к себе спи, – зашипела на него, отползая на кровати, как червяк.
– Нет, не хочу, – он покачал головой, пристраиваясь ко мне.
– Тогда я уйду!
Я даже попыталась встать, чтобы гордо продефилировать в другую комнату, но Тигран сгреб меня, одеяло и затихарился.
