Менее часа назад круглое, в замысловатом обрамлении зеркало появилось перед ними. Бог не солгал, когда пообещал награду.
— Наслаждайтесь, — прогремел голос. — Вы прекрасно справились, и мы гордимся вами.
Все одновременно уставились в зеркало, но, очевидно, каждый видел что-то своё: кого-то, кто остался в Атлантиде, и за кем сильнее всего скучал.
Делайла увидела Лили.
Хрупкая девушка находилась в лагере амазонок, в безопасности. Однако, она плакала в объятьях королевы. Из-за Делайлы. Обе женщины решили, что они с Нолой погибли. Амазонки оплакивали их, а Лили винила себя в их смерти.
Но как только Делайла потянулась потрясти зеркало в надежде, что Лили и Крейя смогут её увидеть, оно растворилось в воздухе точно так же, как помост с ловушками. Синеволосая амазонка лишь напрасно хрипела от злости и сыпала проклятьями. Как и все её товарищи. Чтобы успокоиться, она постаралась очистить разум, стала медленно дышать, и тихо повторять самой себе, что Лили жива, что с Лили всё хорошо. Пусть она расстроена, но в порядке. Хоть одной тревогой меньше. А потом на неё вдруг накатило болезненное желание ощутить прикосновение рук Лайела, обнимающего её, и воительница ринулась обыскивать остров. Однако, в какую бы сторону Делайла не направлялась, она всегда выходила к одному и тому же месту.
Бесцельные плутания заставляли её мучительно думать об одном и том же. Был ли Лайел всё ещё жив? Или его всё-таки убили?
За спиной послышались шаги, но Делайла не обернулась и никак не подала виду, что заметила непрошенного гостя. По тяжёлой поступи она узнала дракона, а пряный, дышавший обещанием опасности запах сказал ей, что это был Тагарт.
«Может быть, если его игнорировать, он отвалит?»
Дракон плюхнулся на песок рядом с ней.
— Беспокоишься о своём любовничке? — поинтересовался он слегка заплетающимся языком.
«Да уж, не лучшая ночка», — раздражённо подумала девушка.
— Ты пьян!
— Я знаю. И разве это не чудесно?
— Где ты раздобыл вино?
— Каждый дракон обладает магической способностью. Некоторые могут дышать под водой, другие — в мгновение ока перемещаться из одного места в другое. Некоторые могут увидеть того, кто им нужен, где бы тот ни находился, просто произнеся имя этого существа. Ну а я… я умею обращать воду в вино.
Его голос выдавал скрытое смущение и едва заметное отвращение к самому себе. Делайле стало интересно, почему?
— Где твой вампир? — спросил, однако, оборотень, прежде чем Делайла не надавила на него и не вытрясла ещё чего-нибудь. — Умер?
Сердце ёкнуло в груди, когда перед глазами возникло видение неподвижно лежащего Лайела в растекающейся вокруг него луже крови.
— Пошел к Аиду, Тагарт!
Она вскочила на ноги, не желая давать ему никакого преимущества перед собой. Даже такого, как взгляд с высоты его роста.
— Ты о нём беспокоишься, — утверждение, не вопрос.
— У нас уже был этот разговор, и я не собираюсь возвращаться к нему снова.
— Ты права. Я… извини.
Он извинился? Должно быть, и вправду пьян, если позволил себе извинения. Делайла удивлённо распахнула глаза и пристально изучала мужчину. Дракон был также силён, как и Лайел. Он был тёмным, красивым, резким. Стойким и умелым. Он без колебаний уничтожал своих врагов. И он, амазонка нехотя признавала это, помог ей во время испытания. Почему же её тело не желало этого мужчину? Уж она-то из первых рук знала, какими чувственными могли быть драконы.
— Ты смелая, — сказал он, слегка пошатываясь, — и бесстрашная. У нас может получиться хорошая команда.
— Мы и так в одной команде, — ответила девушка.
Тагарт опять пошатнулся и неуклюже взмахнул рукой, пытаясь удержать равновесие.
— Я имел в виду нас. Тебя и меня. Мы самые сильные среди них, самые опытные.
Делайла удивленно захлопала ресницами.
— Я не совсем понимаю, что именно ты сейчас пытаешься мне сказать.
— Глупая Амазонка, — он с подлинным весельем засмеялся. Ему очень шла улыбка, она освещала его черты и отгоняла тени, которые, казалось, всегда омрачали это мужественное лицо. — Я прикрою твою спину, а ты мою. В случае, если мы проиграем в состязании, мы никогда не станем голосовать друг против друга.
— Голосовать? О чём ты говоришь?
— Ты не знаешь?
— Нет, — сказала амазонка, и его лицо изменилось, смягчилось и теперь неприкрыто выражало симпатию. — Расскажи мне!
— Делайла…
Она сократила дистанцию между ними так, что, будь она повыше, оказалась бы нос к носу с драконом. Волны омывали их ступни, клонящаяся к закату луна щедро разливала свой свет во все стороны, и ночные птицы заливались трелями. Но ничто не могло перекрыть шум её бешено колотящегося сердца.
— Расскажи мне!
— Вторая команда вернулась. Они рассказали, как всё было. Их заставили голосовать против того, от кого они считали нужным избавить свою команду. — Тагарт сделал тяжёлую паузу. — Потом была казнь.
Страх и паника мгновенно отравили её кровь, пронзили, словно ножом. Делайла ухватилась за изодранную рубашку Тагарта, комкая ткань в руках.
— Верну… вернулась ли Нола?
Он медленно кивнул, и внимательно её изучал. Жестокость, о которой они говорили сейчас, очевидно, начала отрезвлять его.
