– Я уже поняла, каким будет ваш ответ. Но сейчас я думаю не о себе, а о том, что Илью могли убрать конкуренты. В Тарасове несколько подобных автосервисов, дела у каждого идут неплохо. Кто-то захотел бо́льшего, а Илья ему мешал.
– Я не думал об этом.
Внезапно Людмила хлопнула ладошкой по столу.
– А ты подумай! – попросила она. – Твоего друга убрали. Неужели даже в голову не пришло, что это может быть из-за того, чем вы занимались?
Громов растерялся.
– Да ничем таким мы не занимались! – возмущенно пробормотал он. – Уймитесь, женщины! Я все договора наперечет знаю, как «Отче наш». Все прозрачно. О чем вы вообще?
Людмила смерила его жалостливым взглядом.
Громов достойно перенес унижение.
– Насколько я в курсе, на сегодняшний день проблем у Ильи не было. Все осталось в прошлом.
– Точно?
– Поверь. Можешь сама в этом убедиться, когда вернемся на работу. Просто зайди в его компьютер и посмотри. Пароль я дам.
– Я знаю пароль.
Похоже, его ответ убедил Людмилу. Но лучше ей от этого не стало.
Она отодвинула тарелку с остывшей едой.
– Можешь забрать себе. Не могу.
– Люд, съешь хотя бы немного, а? – умоляющим тоном произнес Громов. – Плохо ведь будет.
– Если я затолкаю в себя это силой, то оно с той же силой тут же вернется обратно, – с нажимом ответила Люда. – Не бойся за меня. Я крепкая, ты же знаешь.
Громов вздохнул, но к еде не притронулся. Аппетита у него тоже не было.
Он вышел из-за стола, взял тарелку и с тревогой взглянул на жену.
– Не передумаешь?
– Нет, родной, уноси.
– Хорошо. Тогда чай, да?
– Вот чай буду, – ответила Людмила.
Константин удалился. Люда посмотрела вслед мужу и подвинулась ко мне.
– Задрал со своей заботой, – призналась она.
– По-моему, это мило, – ответила я. – Он вас очень любит.
– У нас все хорошо. Одного не пойму: почему он меня выбрал со своей внешностью? Вокруг столько красивых женщин. Вот вы, например. Или как вы.
– Спасибо, – не выдержала я.
– Я же не слепая, вижу себя в зеркале, – продолжала Людмила. – Порой так и хочется задать ему вопрос: «Что ты во мне нашел, собака?» Но не спрашиваю. Нашел – и ладно. Я не против.
Она улыбнулась. Мы сразу поняли друг друга. Впрочем, скоро Люда снова стала серьезной.
– Можно спросить?
– Да, конечно.
– А как вы его нашли?
Очевидно, она имела в виду Илью Георгиевича. Многие еще вчера узнали о том, кто обнаружил тело. Но к нам не приставали с расспросами, потому что мы с Сергеем ни с кем толком не были знакомы.
– Вам с подробностями или нет? – спросила я.
Она растерялась. Конечно, ей хотелось знать все, но она и сама понимала, что не готова узнать детали случившегося. Я решила их опустить.
– Мы по ошибке зашли в его номер. Случайно увидели Илью. Сергей попытался ему помочь, но было поздно.
– Как он ему помогал? – не отставала Людмила.
– Попытался сделать искусственное дыхание. Сережа врач.
Люда прижала ладони к вискам. Вид у нее был несчастный.
– И это все? – шепотом спросила она.
– Это все, Люда. Все, что я могу сообщить. Остальное вы знаете.
Она отстранилась.
– Да, знаю.
– Вы были во дворе, когда приехала полиция? – спросила я.
Люда подняла на меня взгляд и ничего не сказала. Но очень хотела поделиться и одновременно очень боялась. Она мне не доверяла, но все же я сумела расположить ее.
Разговорю, осталось поднажать совсем чуть-чуть, потому что я почти добралась до цели. Либо она сообщит, где была в момент убийства, либо станет изо всех сил уходить от ответа, если действительно причастна к смерти Ильи.
– Нас с Костей не было среди гостей, – с трудом выдавила она из себя. – И я очень боюсь, что полиция решит, будто это мы… что мы… ну… с ним сделали.
Ее руки лежали на столе, пальцы судорожно скручивали бумажную салфетку. Хорошо, что Громова не было рядом, иначе он бы просто увел жену в номер.
– Люда, где вы были? – спросила я.
– Мы ушли.
– Куда?
– В свой номер.
– Была причина?
– Нет. Просто захотелось.
Ее слова можно было трактовать как угодно. Просто захотелось? Чего же именно? Прилечь? Вызвать у себя рвоту? Сменить каблуки на более удобную обувь? Или позвонить бабушке, чтобы узнать, как там ребенок?
Причина могла быть любой, но Люда очень не хотела ее озвучивать, не понимая того, что в этом и есть ее спасение.
– Костя захотел, – выдавила она. – Захотел. Понимаете?
Вот теперь поняла. Однако мне требовалось знать наверняка.
– Вы занимались сексом? – улыбнулась я.
Люда кивнула. На глазах в один момент показались слезы.
– Свидетелей не было, – добавила она. – Это никак не проверишь, я понимаю. Слышала, что муж сказал? Он сказал, что с нами захотят поговорить еще раз. А все потому, что мы не сказали вчера полиции, почему нас не было среди гостей.
– А что же вы сказали на допросе?
– Что не помним. Что не смотрели на время и не можем сказать точно, что делали в момент смерти Ильи Георгиевича. И это честно, я считаю. Никто не следил за временем, все гуляли, все отмечали. Было весело, было здорово. О каком контроле может идти речь? А теперь получается, что нас могут подозревать.
И она была права. Редкий человек во время грандиозного мероприятия будет постоянно следить за часовой стрелкой. Да и зачем?
