— То есть вы не знаете, где Детройт и Делайла?
— Допустим, что знаю… — Джо переводил взгляд попеременно с Юли на Климта и обратно. — Что вы собираетесь делать?
— Для начала поговорить с ними, — сказал Климт.
К ним подошёл официант, Юля взмахнул рукой, чтобы он отошёл. Юноша мигом ретировался.
— Вы можете дать клятву, что не скажете их местонахождение королеве?
— Нет, такую клятву я дать не могу, — ответила Юля.
— Тогда нам не о чем говорить. Я надеялся, что ты, Климт, разумнее.
Климт никак не отреагировал на этот выпад.
Проснувшись утром в своей комнате бункера СКМП, Юля первым отправилась на поиски Климта. На передатчик, встроенный в стену никто не отвечал, его комната пустовала, ни в столовой, ни в общем зале его не было. Странное дело. Обычно он говорил, что уходит. Естественно, не говоря, куда именно, но всё же ставя её в известность о своих перемещениях.
Ночью Юля долго думала, и в итоге решила, что не будет ничего сообщать королеве Кэт, пусть она подавится своими деньгами, их задача защищать, а не ловить беглых детей. Но поделиться этой светлой мыслью было не с кем. Юля приняла душ в общей душевой, поговорила о погоде с гуманоидного вида синей женщиной, которая работала на соседнем с ними участке. Оказалось, что они вместе с напарником как раз сейчас расследуют громкое дело о краже королевских регалий где-то в иномирье. Потом Юля позавтракала едой из автомата и стала читать «Остров сокровищ». Погоду в бункере настраивали разную, чтобы сотрудники не сошли с ума от однообразия. В тот день, например, было жарко. Юля включила потолочный вентилятор и легла на пол прямо под ним.
Климт вернулся ближе к вечеру, возбуждённый, с ещё более бледным, чем обычно, лицом, растрепанный, но несмотря на всё это, такой же красивый. И сразу же вбежал в Юлину комнату, застав её на полу с книжкой.
— Я напал на след, — объяснил он своё состояние.
— Ты расследовал козлиное дело без меня? — возмутилась Юля.
— Нет, я был в Москве не для этого, — отмахнулся Климт, — эта зацепка появилась случайно.
— Куда мы направляемся? — с готовностью спросила она, поднимаясь на ноги.
— На съёмочную площадку.
— О! Вечер перестаёт быть томным.
В Москве был полдень, хотя солнце так и не показало своё капризное лицо, и небо оставалось тёмно-серым, пасмурным. Перепад температур заставил Юлю зябко поёжиться и пожалеть о том, что у неё нет шубы.
Съёмочная площадка находилась на видимом расстоянии от дома неудачливого фермера. Повсюду бегали люди, кто-то кричал, девушки в костюмах эльфиек стучали зубами от холода. Пенопластовый замок колыхался на ветру. Кинематографическая идиллия. (Так хорошо мне знакомая, к сожалению.)
— В школе в меня был влюблён мальчик по имени Вадим, — сказала Юля, с интересом рассматривая декорации. — Его тётя работала на киностудии, и он однажды провёл меня на съёмки фильма. Как сейчас помню, один актёр закатил такой скандал, что все ходили тише воды, ниже травы.
На этот раз Климту аппаратуры не досталось, Цыпа не позволил, буквально грудью встал на защиту своих «детишек». Не теряя времени зря, Юля надела визор, и площадка тут же вспыхнула. Повсюду висели разрозненные клочки портальной активности, как небольшие голубые облачка. Трекер на запястье показывал три загадочные буквы (нет, не те, о которых можно было бы подумать): «Эйа».
— Ты прав, дело пахнет жареным. Ну что, настраиваем порталы?
Климт кивнул, и они перенеслись в другой мир.
Увидев кактус, Серджиус сморщился, как будто ему лимонным соком в глаза побрызгали, но со временем к питомцу привык, стал ухаживать. Кайла придумала кактусу имя — Синий Кек, хотя синим он не был, а в существовании слова «кек» я сомневаюсь до сих пор. Юджин с лёгкостью прочитал гравировку и церемонно заявил, что через несколько поколений эта брошь будет родовой реликвией. Остальные подарки были вручены без непредсказуемых реакций со стороны получателей, разве что Ульсия, рыженькая служанка, долго плакала над бусами из бирюзы, которые я специально подбирала к её цвету волос. Ведь всем известно, что рыжим идёт бирюзовый.
Теперь, пожалуй, самое время вернуть к Рейл-ло и его козам, то есть порталу. Несмотря на то, что портал ему был в общем-то ни к чему, вёл он себя противоположным образом. Коз в его владениях находилось предостаточно и для мяса, и для преумножения поголовья, а Юджин лично пообещал, что Рейл-ло отдадут починенный Иоландой портал (ну, тот который наш с Вадимом — зеркало), он вёл себя так, как будто мы все отныне обязаны ему по гроб жизни, а благодеяние его не имеет границ в своей щедрости.
Юджину тогда было не до представлений, и на Рейл-ло, заискивающе смотрящего на него, он не обращал внимания. Он вертел в руках тарелку из тёмного металла с нечитаемым выражением лица, зато со сжатыми до побеления костяшками. Когда Конрад потянулся, чтобы забрать у него портал, Юджин чуть дёрнулся и некоторое время не выпускал тарелку из рук, будто порывался сорваться с места и скрыться с ней в неизвестном направлении.
— Я не потеряю, — сказал Конрад, оскорблённый, как ему показалось, недоверием.
