Мало того, что Маклейн, едва узнав, что Фредди равняет себя мужчинам, видимо, решив потешиться над ней, стал общаться с девушкой, словно взрослый с милым, но надоедливым ребенком, превращая каждую ее фразу относительно равенства полов в каламбур. Держался так самодовольно, снисходительно и высокомерно, что ей хотелось расквасить ему нос, расцарапать физиономию и выбить парочку зубов, дабы навеки испортить эту белозубую ухмылочку. Но больше всего Фредерику бесил его взгляд: пронзительный, порочный и такой… такой «все понимающий». Поганец был уверен, что знает Фредди лучше ее самой. Тоже мне психотерапевт нашелся!
Она нервно помешала соломинкой в стакане и втянула в рот глоток освежающего напитка.
– Не следовало взбалтывать «Дайкири» перед употреблением. Этот коктейль идет на основе болотных червей, и их жир всплывает при помешивании.
Сначала Фредерика узнала неприятный бархатный баритон рядом со своим правым плечом, затем перед ее глазами мысленно возникла картина с голубыми червями, шевелящимися на дне ее стакана и испускающими жир, а в итоге девушка машинально повернулась и брезгливо плюнула. Голубая жидкость из ее рта в одно мгновение переместилась на белоснежную рубашку мужчины, сидевшего рядом.
– Черт!
– Черт!
Джошуа Маклейн вскочил со стула и, вынув платок из кармана своего пиджака, стал растирать им синее пятно на своей груди.
– Это что, такой вид приветствия в вашем мире?
Он поднял голову и пронзил девушку сердитым взглядом горящих черных глаз. Сегодня он был одет особенно элегантно: в черные слаксы и шелковую рубашку. Гладко выбритый, волосы в идеальном состоянии, источает запах дорогого одеколона, чистый, как ночной воздух. Фредди всегда не любила мужиков, уделяющих много внимания внешнему виду. Но, казалось, этому болвану все это очень даже шло.
– А какого рожна вы мне про червей говорите, когда я пью?! – взвилась Фредерика, растерянно хлопая глазами.
Джошуа обиженно насупился.
– А вы не знали? Да в Вилья-де-Лакасе каждый ребенок осведомлен о содержании «Дайкири».
– А в Вилья-де-Лакасе дети пьют алкогольные напитки? – ехидно отпарировала Фредерика.
Джошуа как-то странно посмотрел на нее.
– Этот коктейль не алкогольный, – сухо пояснил он и указал головой на меню, что лежало перед девушкой на барной стойке. – Следовало прочитать.
Фредди покраснела. То есть теперь она выглядела полной дурой в глазах этого напыщенного женоненавистника. Прекрасно!
Решив сорвать зло на бармене, который едва не напоил ее голубыми червями (ей стало тошно), Фредерика гневно взарилась на парня за барной стойкой, что, перестав начищать бокал, испуганно глядел на нее. Так-то лучше. Девушка прищурилась.
– «Шарлот». Двойной, – отчеканила она, все же успев при этом тайком глянуть в меню.
– И повтори, – добавил Джошуа.
Парень облегченно кивнул и с выражением узника, чудом избежавшего казни, скрылся за барной стойкой.
Возникло неловкое молчание. Фредерика упорно разглядывала стеллажи с напитками, а Джошуа не отрывал глаз от новой знакомой.
– Видимо, благодарности я не дождусь, – пришел он к выводу, наблюдая за девушкой.
Не выдержав, Фредди все же повернула голову и удивленно уставилась на него. Навалившись на барную стойку спиной и засунув руки в карманы так, что слаксы натянулись на плоском животе, Маклейн склонил голову набок, будто хотел разглядеть девушку под другим углом. Он говорил серьезно, но в его черных глазах плескался смех.
– Благодарности? За то, что вы испортили мне отдых?
– А вы, на минуточку, испортили мне выходную рубашку.
Девушка прищурилась. Мужчина покачал головой.
– Видимо, не дождусь.
Фредерика вспыхнула и выпятила подбородок. Этот самодовольный, чванливый упырь глядел на нее так, будто она была глупым ребенком, а он, значит, мудрым взрослым. Девушка скрипнула зубами. Лучше не поддаваться на провокацию. Джошуа склонил голову на другой бок и с любопытством, присущим детям в зоопарке, стал внимательно разглядывать собеседницу.
– Интересно, – задумчиво протянул он, – каково это, целовать женщину, от которой пахнет табаком? Не уверен, что приятное ощущение. Думаю, то же самое, что лизать табакерку.
Фредерику мгновенно бросило в жар, а кровь в жилах превратилась в раскаленное пламя. Нет, не может быть! Не хватало еще чтобы…
– Не льстите себе, – прошипела она, словно змея. – Вам это не грозит.
Но, казалось, на Джошуа не произвел впечатления выпад ядовитой змейки.
– А у вас в этом… Хавер…
– Хаверхорде.
– Да, в нем, все женщины такие?
– Какие?
– Агрессивные.
– Я вовсе не агрессивна! – возмутилась Фредерика и почувствовала себя очень жалкой.
– Тогда не удивительно, что мужчины в вашем мире не выпускают женщин за порог. Вы же сами себе навредить можете своей враждебностью.
Большего девушка снести не могла. Ударив кулаком по столу, она пронзила собеседника гневным взглядом.
