Геби сморил сон, и она свернулась калачиком возле костра. Эльф взял свой плащ и укрыл им спящую девушку. Так необычная компания и сидела, глядя в языки пламени. Трис достал из своей сумки сухарик, гоблин и тролль грызли наконец-то прожарившуюся конину.
— Так это твоя чувиха? — спросил гоблин. Эльф с удивлением посмотрел на собеседника.
— Это, вообще-то, жеребец.
Гоблин захохотал.
— Да не… Я про бабу спросил…
— А-а! Нет, нет… — смутился Трис. — Да она вообще странная. Говорит, что эльфы маленькие, со стрекозиными крылышками… И что там, где она жила до того, как попала сюда, эльфов никогда не видела.
— Так чё, она точно не из Леверквинна?! — покосил глазами Воларк в сторону спящей у бревна Геби.
— Выходит, так. Её привезли какие-то люди из-за моря, а как она сюда попала — одним Звёздам ведомо.
— Тю! А я думал, брешет с перепугу. Ни в жисть бы не поверил! Слышь, Гы-Гы?
Тролль почесал макушку.
— Вот-вот, и я об этом. — Гоблин снова обратился к Трису. — Так чё делать будем?
— У нас свои дела, у вас свои…
— Так-то оно конечно так, в другое время я бы просто огрел тебя своей "мышкой"…
— Че-ем?
— "Мышкой"! Во, видишь? — гоблин достал своё странное оружие, с которым уже познакомился один из убитых волков: двусторонняя секира имела форму растопырившей крылья летучей мыши с очень длинными и острыми ушками. Ей можно было и рубить, и колоть…
Трис глянул на этот предмет для убийств, нервно сглотнул… и решил, что худой мир лучше доброй ссоры, а гоблин и тролль — это существа, для которых битвы, войны и убийства — это образ жизни. Ничего другого делать они, может, и не умеют, но такие телохранители — это просто находка. Кроме того, у них есть веские причины ненавидеть людей, а это ему сейчас как нельзя более кстати.
А ещё… Не то, чтобы он струсил… Просто признаться окружающим в том, что буквально несколько дней назад он просто ушёл из дома, громко хлопнув дверью (да и то, в переносном смысле), Трис смог бы только под пыткой! И что раньше он НИКОГДА не вылезал из-под папенькиного и маменькиного крылышка, НИКОГДА не бродил в одиночку по лесу, и уж тем более, НИКОГДА не ходил гулять в Большой Лес. Меч он держал в руках только на тренировках и турнирах, а стрелял исключительно по мешкам с соломой. Он не умел готовить еду в полевых условиях, в общем, был совершенно не приспособлен для походной жизни. И просто по-детски боялся одиночества. Возможно, поэтому предложил Геби пойти вместе с ним. Да и сама идея пойти "забрать и вернуть одну вещь, которая принадлежит нам…", посетила его за пять минут до того, как была высказана.
Конечно, в глазах такой маленькой и перепуганной девчонки, как Геби, он был старшим, умным, сильным и отважным. А в глазах столь многоопытных бойцов, как эти двое… Сопляк, пацан, маменькин сынок! Единственный способ не уронить собственное достоинство, это…
— Послушайте! Как вы оба смотрите на то, что бы наняться мне в охрану?
— Хм… деловой разговор. Куда идём?
— Идём далеко. Очень. Почти под ваши земли и чуть южнее. Сложность в том, чтобы, во-первых, меньше идти по территории Леверквинна, то есть делать огромнейший крюк. Во-вторых, не привлекать к себе внимания, а в-третьих… меньше задавать вопросов.
— Насчет вопросов… Я хочу знать, за что подставляю задницу под людские стрелы.
— За десять золотых.
— Каждому?
Трис поскрипел зубами. Потом решил не торговаться — жизнь и его цель дороже, хотя на десять, и тем более на двадцать золотых монет можно было…
— Да.
— А ты крут! — Воларк достал кисет и стал раскуривать трубку.
— Но если вы думаете, что я ношу такие деньжищи при себе и меня можно прирезать, а деньги забрать, я вас разочарую: получите всё только по окончании похода. Пока что дам только задаток. Два золотых. Ну, так как? Согласны?
— Дык а то! — Воларк протянул лапищу для пожатия, но эльф гордо проигнорировал. Воларк хмыкнул, но ничего не сказал. Трис встал с бревна, взял с края телеги вальтрап Графа, кинул на землю.
— Ну что ж, тогда я ложусь спать, а кто-то из вас остаётся на страже.
Воларк встал.
— Слышь, ельф. Я те нанялся задницу охранять, а не нянькой быть. Так что командирствовать будешь в другом месте. Поял?
Трис лёг на вальтрап и укрылся им с головой:
— Понял, понял. Вопросы субординации предлагаю оставить до завтра. Спокойной ночи!
Воларк сплюнул под ноги.
— Ох, уж мне эти эльфы! — и тоже лёг возле телеги. У костра остался один Гы-Гы. Меланхолично привязав волчью тушку на распорку и подвесив на ближайшем дереве, он достал кинжал и сделал на шкуре первый надрез…
Несмотря на мрачные прогнозы Триса, ночью их никто не убил. Утром, проснувшись возле бревна, он увидел мирную бивачную картину: гоблин копошился у костра, очевидно, работа повара ему нравилась. Тролль уже покончил со шкурой, закопал останки и теперь на ветке кривым треугольником висел "волчина наизнанку", как пошутил Воларк. Геби носила ветки и подкидывала их в костёр, над которым уже булькали оба казанка. Граф объедал траву вокруг лагеря.
