Повисла неловкая тишина, она преследовала Софи всю оставшуюся часть ночи. Даже после того, как она легла спать, тишина в комнате заставила ее нервничать.
Таким образом, она почти не находила себе места, когда Силвени передала:
Софи пыталась убедить ее, что она была в порядке, но Силвени могла чувствовать ее настроение, и после некоторых уговоров, Софи рассказала Силвени все. Она знала, что это было глупо… она сомневалась, что аликорн могла перевести половину слов, которые она говорила. И все же, Силвени поняла достаточно, чтобы передать:
Возможно, подумала Софи. Хотя она не была так в этом уверена. Она продолжала думать о том, насколько она была готова подвергнуть опасности жизни Тама и Линн, приведя их к Черному Лебедю. Она уже оторвала своих друзей от их семей и их изгнали. Когда она прекратит ставить людей под угрозу? Даже Силвени претерпела существенные изменения в результате их дружбы. Прежде чем они встретились, аликорн свободно исследовала мир. Теперь она застряла в Святилище, неспособная телепортировать через горные стены.
Она заполнила разум Софи воспоминаниями о том, как Софи гладит ее. Заботится о ней. Защищает ее. Летает с ней.
Еще больше воспоминаний затопило голову Софи о жизни Силвени в Святилище… все чисто и комфортно.
Много еды.
Многим можно заняться.
Летать с Грейфеллом. Бегать с Грейфеллом. Играть с Грейфеллом.
Погодите-ка… это не игра…
Она знала, что это, как предполагалось, было естественной, красивой вещью. Но фууууууууууууууу.
Но у Силвени было кое-что, что ей нужно было сказать Софи. Новое слово, которое она выучила, даже при том, что Софи ему ее не учила.
— Силвени беременна, — сказала Софи друзьям, когда присоединилась к ним за завтраком.
Фитц уронил вилку.
— Ты уверена?
— О да, — пробормотала Софи, опускаясь на стул рядом с ним. — Она показала мне…
— АХ! — произнесли все.
Киф отодвинул тарелку.
— Я покончил с едой, навсегда.
— Я тоже, — согласился Декс.
— И я, — сказала Биана.
— Серьезно, это одно из тех воспоминаний, с которыми ты не должна со мной делиться, — сказал Фитц Софи. — Мне все равно, если это будет часть упражнения для Когнатов.
— Это такое огромное событие, — добавила Биана. — Ты знаешь, на каком она сроке?
— Я думаю, что срок не большой, с тех пор как последний раз я с ней говорила, она ничего мне такого не передавала…
— СТОП! — Киф поднял руки. — Основные правила для проведения этой беседы: все разговоры о малышах аликорнов снимаются… понятно? В противном случае мне придется оторвать себе уши. И для справки, я не хочу быть там, когда у Блестящей Задницы будет рождаться ребенок.
— И я, — сказал Фитц. — Одно время папа заставлял меня ходить к единорогам Хексов и приносить им поставки. — Он вздрогнул. — Кто знал, что они появляются в таком количестве слизи?
— Фу, чувак, — сказал Киф. — Я не должен был этого знать. Мы можем поговорить о чем-то еще? О чем угодно?
— Кто знает, сколько времени у аликорнов длится беременность? — спросила Софи.
Биана покачала головой.
— У нас раньше никогда не было малышей аликорна. Но я уверена, что у единорогов беременность длится одиннадцать месяцев. Может у аликорнов также?
— Думаешь, Силвени знает? — спросил Фитц. — Если ее инстинкты сказали ей, что она беременна, возможно, они могут ей сказать, когда ожидать малыша.
— Думаю, могу спросить. Было трудно вытащить информацию из нее. Все, о чем она хотела сказать мне, было…
— СТОП! — сказал Киф.
— Я ничего такого не говорила. Она рассказывала мне, что очень голодна. Я не уверена, было ли это из-за беременности или просто предлогом, чтобы получить больше лакомств, но она все говорила и говорила, как ей нужны пряные стебельки. Мы должны как-то рассказать об этом Юреку.
— Думаешь, он еще не знает? — спросил Фитц. — Он — конный смотритель в Святилище. Возможно, он видел… кое-что.
— ЧТО Я ГОВОРИЛ ОБ ОСНОВНЫХ ПРАВИЛАХ? — прокричал Киф, закрывая руками уши. — Вот именно этот разговор официально закончен. Следующий человек, который заговорит об «аликорнах», будет закидан фруктами.
— А что случилось с аликорнами? — спросил Гранит.
Он пришел вместе с мистером Форклом, в руках у них были свитки.
— Силвени беременна, — сказала Софи, и все свитки посыпались на пол.
— Ты уверена? — прошептал Гранит, наклоняясь, чтобы собрать раскручивающуюся бумагу.
Софи кивнула, мистер Форкл подошел к ней.
— Расскажи мне все.
