Софи улыбнулась, радуясь, что видит, как Киф снова становится самим собой. Тени все еще читались в его глазах, но ухмылка вернулась с полной силой.
— Если ты очень хочешь знать, — рявкнул Кудряш, — под всем этим у меня купальный костюм. А вы попробуйте поносить десять фунтов шерсти, и я посмотрю, как вы себя почувствуете, когда оденете поверх нее плащ… особенно учитывая то, как он тянет. И разве не должно быть еще одного? Мне сказали, что вас будет шестеро.
— Так и есть. — Делла появилась рядом с ним.
Он отшатнулся, спотыкаясь о сумки, лежащие в ногах.
— Миссис Васкер. Как нелепо видеть вас в наших рядах, учитывая текущую задачу.
— И какая это задача? — спросила Делла, не утруждаясь поправлением своего имени.
— Разве это не очевидно? — Он бросил каждому по черному пакету. — Переодевайтесь. Настало время увидеть, настолько ли вы талантливы, чтобы проникнуть в Изгнание.
* * *
— Это не пустыня, — сказала Софи, когда они появились в лесу высоко в горах.
— Какая ты проницательная, — сказал ей Кудряш, ведя их по узкой тропинке. Тонкий слой снега покрывал гору, серый и хрустящий, Софи посильнее укуталась в свой плащ, радуясь, что тяжелая ткань была утеплена.
— Вопрос, — сказал Киф после того, как они поднимались в течение нескольких минут. — Почему все деревья выглядят так, будто собираются нас съесть?
Он был прав. Скрюченные, выпуклые стволы тянулись их когтистыми, разветвленными руками, а древесные сучки были похожи на глаза.
Софи проверила каждое из деревьев, глядя настолько далеко, как она могла, задаваясь вопросом, найдет ли она какое-нибудь силовое поле.
— Ты в порядке? — спросил Декс, когда Софи споткнулась о край своего тяжелого плаща.
— Да. Я просто хотела бы, чтобы эта штука была мне по размеру.
— Расскажи мне об этом. — Его рукава полностью скрывали руки.
— Вы уверены, что это правильный путь? — спросила Софи Кудряша, когда лес вокруг них начал редеть. — В прошлый раз мы вошли в Изгнание через яму в песке.
— И в прошлый раз у вас было разрешение находиться там, — напомнил ей Кудряш. — Ты действительно думаешь, что можешь пройти через главный вход?
— Нет. Но трудно знать, что происходит, когда никто не объясняет нам план, — рявкнула она.
— Это было не мое решение.
Они прошли еще несколько деревьев, прежде чем Кудряш повернул.
— Наконец-то, — сказал он, проведя своими пушистыми пальцами по выбеленному солнцем стволу дерева. — Нужен острый глаз, чтобы найти след.
— Да, ну, в общем, у вас такое острое зрение, что вы увидели, что только что наступили в большую кучу какашек снежного человека? — спросил Киф.
Кудряш пробормотал что-то о Черном Лебеде, испытывающем его терпение, когда он попытался очистить пушистую ногу. Потом он повел их на запад, отсчитал восемь деревьев прежде, чем повернуть на север и отсчитал еще четыре. Они повторили процесс посредством еще нескольких поворотов и изгибов, пока не дошли до дерева на краю склона.
Это было не самое большое дерево, которое они видели, но Софи могла сказать, что оно было древним. Его завитые ветви тянулись к облакам, дерзко встречая шторм.
Кудряш постучал по шероховатому стволу: пять быстрых ударов, два мягких стука и семь странных ритмичных ударов.
— И теперь, — сказал он, — я свободен от дальнейшей ответственности.
— Вы уходите? — спросил Фитц, когда Кудряш вынул кристаллический кулон из его запутанного меха.
Кудряш рассмеялся.
— Безусловно, у чемпионов Засады на Эвересте нет причин для страхов в пустом лесу… хотя бы здесь не пусто, не так ли? Лучше надеяться, что поблизости нет никого голодного.
— Он пошутил, верно? — спросила Биана, когда Кудряш ушел во вспышке света.
— Уверена, что пошутил, — сказала Делла. Но она тщательно осматривала лес.
— Черному Лебедь надо лучше выбирать себе помощников, — решил Декс.
Софи спрятала руки в карман плаща, чтобы согреть их, и ее пальцы задели край тайника Кенрика. Она подумала, что вторжение в самую защищенную тюрьму в мире было таким, где могло пригодиться сильное преимущество.
— У кого-нибудь есть какие-либо теории, где мы? — спросил Фитц. — Я предполагаю, что где-то у людей, потому что я не вижу Пюров.
Пюры были похожими на пальмы деревьями с веерообразными листьями, которые фильтровали любые загрязнения в воздухе. В каждом эльфийском городе и поместье было, по крайней мере, одно такое дерево.
Софи надеялась, что они были на нейтральной территории, и продолжала искать в лесу следы Псионипата. Но что-то в том дереве, которое выбрал Кудряш, показалось знакомым, и через мгновение она вспомнила, где она его видела.
— Думаю, мы в Калифорнии, — сказала она, — и одно из этих деревьев… возможно даже это… называется Мафусаил. Люди думают, что это самое старое живое существо на планете. Но понятно, что они никогда не встречались с Бронте.
— Ха! Круто, Фостер, — сказал ей Киф. — Сколько лет этому Ма-фу-чему-то?
— Мафусаилу, — поправила его Софи. — Где-то около четырех тысяч семисот лет.
Фитц присвистнул.
