Однако он верил: чем больше внимания и изобретательности вкладываешь в игру, тем больше от нее получаешь.
На самом деле его звали Зигмунд Георгиевич Розенблюм, и родился он под Одессой. Достоверно о его детстве и юности известно только то, что неуемная жажда приключений еще в молодые годы забросила будущего Сиднея в Латинскую Америку. Его то ли приемным отцом, то ли отчимом стал некий Сидней Рейли Каллаган. Отбросив фамилию, юноша назвался Сиднеем Рейли. Правда, это только одна из версий. Всей правды о его жизни не знает никто.
В Америке он знакомится с Фочергилом, майором английской секретной службы, и начинает работать на британскую разведку. Каким-то образом ему повезло получить британское подданство. Страсть к приключениям и авантюризм идут в его жизни рука об руку: он становится платным агентом сразу нескольких разведок.
Во время русско-японской войны Рейли на Дальнем Востоке сотрудничал с японской разведкой. Затем в Петербурге он, продолжая работать на англичан, стал оказывать услуги и разведке российской. Он зарабатывал немалые деньги, выступая посредником в торговых сделках, и успешно сочетал это занятие со шпионажем. В 1906 году он уже смог приобрести роскошную квартиру в Петербурге, начал собирать картины и стал владельцем неплохой коллекции.
Над Европой сгущались тучи, многие полагали, что вскоре грянет мировая война. И для России, и для Англии Германия была главным противником. И вот по заданию британской разведки Рейли нанимается сварщиком… на военный завод Круппа. Там он убивает двух охранников и крадет секретные документы. После этого у него хватает духа не бежать из Германии, а наняться рабочим на немецкую судоверфь. Здесь он проворачивает еще одно дельце, такое же рискованное — похищает секретные чертежи новых кайзеровских дредноутов. Мало того что похищает, так еще и продает их и англичанам, и русским. Теперь ему лучше исчезнуть из Германии.
Среди «патронов» Рейли появляются и американцы, следовательно, работы у него меньше не становится. Но все же главными хозяевами Рейли остаются англичане. По заданию британской разведки в 1918 году он вновь приезжает в Россию. Его миссия — подготовка военного переворота с целью свержения большевистского режима. Сотрудничает Рейли и с Савинковым, и с тремя главами иностранных представительств (французским послом Нулансом, главой специальной английской миссии Локхартом и послом США Френсисом). Не боится он проявлять и собственную инициативу, что Локхарта даже пугает. Но речь сейчас не о нем, а о знаменитом «Тресте». Впрочем, лучше по порядку.
Под видом участников заговора к Локхарту обратились латыши-чекисты Шмидхен (Буйкис) и Берзинь: они якобы желали перейти на сторону англичан.
Локхарт вспоминал: «Я написал английскому генералу Пулю, командующему интервенционистскими войсками в Архангельске, записку, которую вручил Шмидхену и Берзиню, и познакомил их с Рейли. Через два дня Рейли сообщил, что “переговоры шли гладко, и латыши не имели намерения впутываться в неудачи большевиков”. Он предложил после нашего отъезда поднять контрреволюционное восстание в Москве, опираясь на помощь латышей. Проект этот генерал Лаверн, Гренар и я сам решительно отвергли, а Рейли настоятельно отговаривали от участия в таком опасном и сомнительном деле».
Однако, как известно, Рейли их доводам не внял. Он продолжал играть в заговорщика до тех самых пор, пока заговор не был раскрыт, а его зачинщики не предстали перед судом. Заочно судили только Рейли — ему удалось бежать.
Судом он был объявлен «вне закона». То есть если бы его обнаружили и задержали на территории России, то могли бы расстрелять без суда и следствия.
Локхарт говорил, что он никогда не сомневался в верности Рейли союзникам, и тем не менее даже не предполагал, как далеко тот может зайти, строя собственные планы. Вот слова самого Локхарта: «Это был человек наполеоновского склада. И героем его был Наполеон… Он видел себя заброшенным в Россию, и перспектива свободных действий внушала ему наполеоновские замыслы. Он полагал, что Берзинь и другие латыши вначале искренне не хотели сражаться против союзников. Когда они поняли, что интервенция союзников не представляет угрозы, они отшатнулись от него и выдали его властям, чтобы спасти свои шкуры.
Рейли вернулся в Англию и договорился о чем-то с Черчиллем и теми, кто выступал за интервенцию, а потом уехал на юг России как английский агент при армии Деникина. Когда и эта авантюра окончилась крахом, Рейли поддержал Савинкова, осаждавшего в это время государственных деятелей Англии и Франции просьбами о поддержке Белого движения. Рейли, щедро раздававший деньги, на Савинкове исчерпал свои ресурсы.
Теперь, уже без особых средств, он решается спасти монархию, отправившись в Россию с новым, собственным планом.
