Кипрский кризис самым отрицательным образом сказался на состоянии торговли между Грецией и США. Этим воспользовалась, в частности, Франция, которая еще в 1973 году продала Греции различных товаров и вооружения более чем на миллиард франков… Дипломатические и политические отношения между Грецией и США также ухудшились.
Наконец 16 августа 1974 года по инициативе Франции Совет Безопасности ООН принял резолюцию о быстрейшем выводе с Кипра всех войск, присутствие которых не отвечало существовавшим международным соглашениям. (Это позволило Англии «на законных основаниях» сохранить на Кипре две базы, куда было переброшено около 2 тыс. американских солдат.) Генераль-ная Ассамблея ООН, напротив, потребовала «скорейшего вывода из Республики Кипр
Спровоцированный от начала до конца стратегами из ЦРУ и американским госсекретарем кризис на Кипре, как и в других странах, не имел иной цели, кроме манипуляции судьбами тысяч людей в погоне за мировым господством.
Если вникнуть в суть всех этих «возвращений в североатлантическое лоно» (ФРГ), «спасений» от действительной революции (Португалия), с одной стороны, и пошатнувшиеся позиции Киссинджера и ЦРУ после Кипра — с другой, то нетрудно понять, что за всеми этими фактами скрывается обострение борьбы двух тенденций среди членов суперклубов — «Бильдерберга» и Трехсторонней комиссии.
Французские и американские службы «разоблачили опасного шпиона, пробравшегося в высшие сферы власти» в ФРГ. Какие-либо официальные улики против этого «супершпиона» отсутствовали, тем не менее директор западногерманских спецслужб Ноллау воспользовался создавшейся сложной обстановкой, чтобы устранить из своего ведомства последовательных сторонников Вилли Брандта.
8 августа 1974 года вынужден был уйти в отставку президент Соединенных Штатов Ричард Никсон, которого уличили в применении незаконных средств.
Помогло ли это исправить положение вещей? И ликвидировал ли их уход конфликт между «Бильдербергом» и Трехсторонней комиссией? Отнюдь нет! Более того, этот конфликт только набирал силу.
В декабре 1974 года «Нью-Йорк тайме» (кстати, член административного совета этой газеты Сайрус Вэнс состоит в Трехсторонней комиссии) опубликовала новые материалы, разоблачающие преступления ЦРУ. «На протяжении многих лет, — писала газета, — американские спецслужбы вторгались в частную жизнь многих и многих тысяч граждан Америки».
С этого момента волна разоблачений, вскрывающих преступную деятельность американских спецслужб, стала нарастать подобно снежной лавине, увлекая одного за другим среди тех, чье дальнейшее присутствие в сферах «секретной власти» стало нежелательным.
Эта кампания, представленная общественному мнению как свидетельство американской демократии, обеспечивающей прессе «возможность свергать президентов и наводить порядок в секретных службах», является доказательством обратного, а именно, что средства массовой информации систематически используются властями. Прежде чем детально проанализировать «разоблачения преступной деятельности ЦРУ», следует отметить, что на протяжении 1%3—1970 годов они в большинстве случаев хотя и доводились до общественного мнения, однако по указке властей предержащих «четвертая сила», как обычно называют прессу, вынуждена была все эти факты замалчивать или преуменьшать их значение…[55]
В феврале 1967 года, разоблачая преступления ЦРУ, У. Липпман опубликовал на страницах «Нью-Йорк геральд три-бюн» строки, которые вполне актуальны и в 1974–1975 годах. Он писал: «Еще в апреле 1966 года «Нью-Йорк тайме» поместила статьи о ЦРУ, систематически и резко вскрывшие те методы, которые «использует» это управление для проникновения в государственные институты Америки. Однако тогда статьи эти остались незамеченными… Сегодня же взволнованы все: «операции» ЦРУ дурно пахнут… Что же это означает? Лишь то, что изменилась не деятельность ЦРУ, а позиция общественности. Чудовищная коррупция является порождением незаконного использования государственных средств в создании системы всеобщего обмана, когда вводят в заблуждение сначала коммунистов, затем наших друзей и союзников, наконец нас самих…»
И в 1974–1975 годах никто не сомневался, что методы ЦРУ остались прежними и их, стало быть, надо разоблачать. Никто не сомневался, что изменились не факты, а отношение к ним со стороны общественного мнения, «проинформированного» бдительной прессой. Но почему же пресса молчала раньше?!
При ближайшем рассмотрении оказывается, что все факты о преступлениях ЦРУ, которые в 1974–1975 годах были выдвинуты в качестве «разоблачений», стали известны общественности гораздо раньше, но остались без последствий именно из-за послушного молчания средств информации, сыгравших и в этом случае роль средств дезинформации.
