- Надеюсь, мне больше не придётся его снимать… - говорю тихо.
- Уж я постараюсь… - ворчит Бьёрн.
Хочет добавить ещё что-то, но в этот момент меня чуть не сбивает с ног что-то большое, невидимое, заснеженное и оглушительно мурчащее.
Это бедный кот, про которого мы так бессовестно забыли, вторгается в наше уединение, всем своим существом давая понять, что приказ ждать на холодном балконе подальше от такой вкусной и любимой хозяйки, был какой-то неправильный, поэтому киса лучше сделает вид, что про него благополучно забыла.
Оттеснив от меня смеющегося Бьёрна, Клык кинулся облизывать моё лицо.
Я как могла отпихивала от себя невидимую лохматую башку, улыбаясь, но пока не облизал как следует, кот не успокоился. А потом принялся виться вокруг и тереться об меня. Учитывая габариты, получилось не об ноги, а об меня всю, периодически задевая хвостом так, что я начала бояться, что в порыве чувств любвеобильный котик меня-таки сшибёт сегодня на пол.
- Иди уже! Болван мохнатый, - ревнивый супруг всё-таки оттолкнул от меня кота и вернул себе законное место рядом. – Сказано было, ждать! Не видишь – мы важным делом заняты? Я, может, тоже её облизать хотел. Но как-то же держу себя в руках?
Я поняла, что начинаю краснеть.
Судя по всему, мой ироничный муж вернул себе обычное душевное равновесие и перешёл к излюбленному занятию – смущать меня до корней волос. И что-то в том, какие взгляды он бросал на меня, вынуждая судорожно поправлять на место дурацкую, постоянно сползающую бретельку, заставляло подозревать, что это только начало. Кажется, и правда не только барсик здесь смертельно соскучился.
Сердечко предательски ёкнуло.
Как-то сами собой в голову пришли снова мои мысли, которыми так бредила, пока ждала мужа.
Что я дура последняя, что так долго от него бегала, и что если б он был рядом, точно бы зацеловала до смерти и больше не пряталась. Доверилась любимым рукам.
Так. И что теперь делать? Муж на месте. Руки вроде как тоже.
А я, кажется, впервые в жизни перестала бояться близости мужчины. Наша разлука словно перевернула что-то у меня внутри. Теперь мне не хочется прятаться. Никогда раньше мне так сильно не хотелось подойти ближе и коснуться самой.
Осторожно поднимаю глаза, любуюсь своим мужчиной украдкой, пока он, вполоборота от меня, чешет своего кота и выговаривает ему что-то ворчливо. Путаюсь взглядом в тёмных волосах, которые совсем мокрые от растаявшего снега. Зависаю на губах, когда они говорят что-то добродушно мурчащему зверю.
Нечто странное происходит с моим телом. Оно становится тяжёлым и горячим, как во время болезни. Да и сердце никак не желает успокаиваться. А его биение отзывается почему-то пульсацией далеко-далеко за пределами груди. Да что это со мной? Может, я и правда заболела?
Шум крови в ушах так силён, что я даже не сразу понимаю смысл слов, с которыми ко мне снова обращается мой муж.
- Ты представляешь - пришлось на Клыка весь запас зелья невидимости израсходовать! А ведь я планировал оставить немного для тебя, чтоб легче было обратно выбираться. Но у меня с собой и так мало было, на всякий случай, самому же не нужно. А тут этой заразе в пасть налил, у него морда наглая исчезла, а хвост в воздухе торчит! От наполовину невидимого кота толку бы не было, сама понимаешь, так что пришлось отдать хитрюге всё до последней капли. Так ему так понравилось! Ходил потом, пустые склянки обнюхивал, как будто в них валерьянка была, и клянчил ещё.
Задорная мальчишеская улыбка на лице Бьёрна продолжает творить со мной что-то странное.
Я ещё никогда не чувствовала подобного рядом с мужчиной.
Мне становится физически трудно стоять на расстоянии даже шага. Я хочу опять к нему в руки! Я хочу, чтоб перестал болтать и снова поцеловал. Я хочу прижаться всем телом, спрятаться у него на груди, и забыть обо всём. Я хочу…
Я его хочу.
Осознание этого простого факта прошивает меня, будто молнией.
Раньше я так стеснялась, боялась даже смотреть в его сторону… наверное, потому, что мужчин привыкла воспринимать прежде всего, как угрозу. И даже когда поняла, что Бьёрн – последний мужчина на свете, который мог бы причинить мне вред, всё равно вся сжималась от смущения радом с ним, боясь своих чувств. Наверное, потому, что отчаянно переживала, что он-то ко мне ничего подобного не испытывает. Боялась открыться и довериться собственным эмоциям.
Но вот сейчас…
Слишком сильно меня поразил тем, что добровольно надел браслет.
Слишком тронула меня его ревность.
Слишком горячо целовал.
Как будто растаяла та ледяная оболочка, которой было покрыто моё тело раньше. И теперь… мне очень горячо.
Я его хочу.
И как назло, мой муж наконец-то рядом. Такой большой, красивый, любимый… и вкусно пахнущий. Хоть сама на шею вешайся. Но разве это прилично?! И вот что теперь делать? Моя дурацкая стыдливость ни за что не позволит выразить словами, что именно мне нужно.
- А… на сколько хватит действия зелья? – спрашиваю между делом, а сама чуть-чуть, незаметно придвигаюсь ближе.
