– Да… Ну, то есть не совсем… – я в подробностях пересказала весь диалог с подругой, стараясь ничего не упустить.
Тимофей сел, напряжённо выпрямив спину и сцепив пальцы в замок. Он выглядел явно огорченным и непривычно суровым. Я заметила, как его костяшки пальцев побелели. Изредка парень задавал уточняющие вопросы и, сузив глаза, внимательно слушал, медленно кивая. Его выражение лица стало меня не на шутку беспокоить. Когда он нервничал, всегда сжимал крепко губы и морщил лоб – прямо как сейчас.
Закончив неприятный рассказ, я осторожно спросила, случайно громко сглотнув:
– Как думаешь, что это всё значит?
Тим метнул колкий взгляд в мою сторону, отчего я поёжилась и, нервно выдохнув, провёл рукой по волосам.
– Я и сам не знаю, – сухо буркнул парень. – Почему ты мне сразу не рассказала?
Я растерялась.
– Я хотела! Но Саша была уже здесь – дома, из-за этого я решила не портить тебе настроение.
На Тимофее не было лица. Он воспринял информацию хуже, чем я могла предположить. В воздухе повисло напряжение. Мне стало жутко не по себе.
Заикаясь, я спросила:
– Ты думаешь, Илай реально бросил Карину?
– Бред, – отрезал он, – кто так расстаётся? Это больше на театральное представление похоже… Он Карину оттолкнул от себя демонстративно. Но для кого это шоу? Ответ очевиден, – Тимофей взглянул на меня с немыслимой тоской, а я не знала, как помочь, что сказать. – Вот же чёрт! – Тим сдвинул брови и резко вскочил на ноги, запустив пальцы в волосы. – Всё идёт не так.
Я автоматически повторила за ним, шустро поднялась с кресла и хотела двинуться к парню, но тот отмахнулся и, подойдя к окну, уставился вдаль. Я оторопела и продолжала стоять и смотреть на него, хлопая глазами. Он думает, Карина или Илай в опасности? Меня напрягало такое положение вещей, и я очень боялась за подругу, но реакция парня вообще пугала до чёртиков.
Тимофей сжал кулаки:
– Отъезд из Фейтфола никак не помог. Всё потому, что Аззан подозревает, что я держу связь с Илаем. И наверняка давит на него. Чтобы не быть уязвимым и чтобы защитить твою подругу, Ил оттолкнул любимую девушку, ради неё самой, – голос звучал незнакомо неуверенным. – Гектор прав. Аззан идёт на принцип. И не остановится, – Тим тяжело выдохнул, по его лицу пробежала тень, и затем он негромко добавил, – если кто-то пострадает… это будет моя вина.
Я больше не могла оставаться в стороне и шагнула к брюнету, касаясь его руки прохладными пальцами. Парень вздрогнул и посмотрел на меня, будто он совсем забыл о моём присутствии.
– Ты не можешь себя ни в чём винить! К тому же ничего ещё не случилось, – нежно дотронувшись до мужской щеки, убеждала я парня.
Мне хотелось хоть что-то сказать, чтобы сгладить обострившуюся ситуацию. Я понимала, что все мы уже устали скрываться и ждать чего-то плохого. Всё это вгоняет в ступор, искажает привычный ритм жизни. Это обыкновенный стресс! Никак иначе! Но парень опустил мою руку. Его прекрасное лицо исказила гримаса боли, а голос превратился в лёд.
– Не случилось? Ещё? Мы скрываемся, Николь. Ты пропускаешь учёбу, забив на своё будущее. Твоя подруга сидит на антидепрессантах, а Илай… я вообще не знаю, что с ним. Я не должен был вмешиваться, менять реальность… снова! Из-за этого могут пострадать другие! – парень с надрывом схватился за голову, смотря в пустоту перед собой, и часто задышал.
– Не пострадают! Мы что-нибудь придумаем! – я попыталась обнять окончательно помрачневшего Тима, но он лишь отшатнулся в сторону с холодом в глазах.
– Я не должен был, – повторял он, как робот.
– Тима! – я схватила его за плечи, пытаясь встряхнуть, но получилось плохо – я в сравнении с парнем муха по силе. А он был напряжён, как струна, и видно, как ходили мышцы под одеждой, словно тело свело судорогой. – Если бы ты не вмешался, я была бы мертва! – по-настоящему выбитая из колеи, безуспешно ловя взгляд серых глаз, я перешла на крик.
Брюнет посмотрел куда-то мимо меня и, помолчав, коротко буркнул:
– Так бывает.
«Что?» – я качнулась назад, словно получила пощёчину.
Не знаю, где я взяла силы устоять на месте, казалось, ноги вот-вот подкосятся и я рухну на пол, как мешок картошки. Я вглядывалась в глаза Тимофея, надеясь на то, что мне это послышалось. И этой фразы… его фразы не существовало. Я не отрывала испытывающий взгляд, потому что только по глазам брюнета я могла понять, говорит он правду или нет.
– Не правда… Ты так не думаешь, – промолвила я внезапно севшим голосом, отрицательно качая головой и вперившись в пепельные глаза. – Не думаешь, – сама себе, по-видимому, повторила я, не чувствуя, бьётся ли ещё сердце у меня в груди и есть ли пол под ногами.
