– Теперь ты со мной. Сама выбрала. Раздевайся, – приказывает. – На третий раз точно получится на тебя посмотреть. И помять немного такую сладкую девочку не грех.
И я не сомневаюсь. В этот раз – действительно получится.
В предбаннике жутко душно. Или это так действует взгляд Валида? Мужчина облокачивается на стену, скрещивает руки на груди. Футболка плотнее обхватывает его мускулы, визуально делая их просто необъятными.
Визуально, же?
У меня все ещё не укладывается в голове, что можно быть такой громадиной. Ух. В детстве я зачитывалась историями про викингов, вот Хасанов – точно последний из них.
– Я долго ждать буду, красавица? – вздергивает темную густую бровь. – О, дошло. Тупанул, а ты скромно молчишь. Не порядок.
– Что дошло?
– Что ты хочешь, чтобы я сам тебя раздел. Так это легко.
– Нет! Я сама. Правда.
Не хочу чувствовать его руки на себе. Не сейчас. Хватит с меня потрясений от того, что мужчина увидит меня обнаженной. Комната кружится от волнения.
Я завожу руки назад, цепляю собачку молнии с третьего раза. Пальчики подрагивают, неудобно. Но просить о помощи я точно не буду. Разворачиваюсь спиной к мужчине, тут же чувствуя себя намного лучше.
Моё рваное дыхание наполняет комнату. Вжик молнии – рассекает тишину. Никаких других звуков не существует. Платье с влажным хлопком падает к моим ногам.
Валид молчит. Невозможно объяснить, но я чувствую его взгляд. Скользит по острым лопаткам. Задерживается на моей пояснице. Уколами изучает ягодицы.
Дальше. По ногам.
Мурашки покрывают кожу вслед за вниманием Валида. Я кусаю губы. Сердце грохочет. Уверена, мужчина его тоже слышит. Обнимаю себя за плечи. Жду новой пошлости.
– Жопа зачетная, – комментарий Валида не задерживается. – Но зря так повернулась.
– Почему? – уточняю, хотя не уверена, что действительно хочу знать ответ.
– Надо смотреть, кто к тебе подбирается. Я бы напал, нагнул и…
– Вы и так это сделать можете.
Перебиваю до того, как мужчина закончит. Его фантазии пугают, заставляют представлять, как это будет, если Валид действительно воплотит всё в реальность.
Дрожь становится моим главным спутником. Как и сухость во рту. Прислушиваюсь к тишине, не решаясь снять белье. Или Палач заставит? Может, договоримся…
Меня резко прижимают к себе, я даже не успеваю сориентироваться. Ладони давят на мой живот, спиной упираюсь в мужскую грудь. Валид поглаживает мою талию, я – не дышу.
– Я же предупреждал, – усмехается, подбородком упирается в мое плечо.
– Нагибать будете? – голос сел, похож на предсмертный хрип. А после вскрикнула – бедро обожгло шлепком. – И бить тоже?
– Баб я не бью. А вот отшлепать тебя – дело благое.
Валид тут же прошелся пальцами по моей ягодице. Погладил, будто утешая. На самом деле, больно не было. Неожиданно. И чуточку жарко. Учитывая силу мужчины – это за поглаживание сойдёт.
– Принципиально на «вы» будешь называть? – губами мазнул по моему подбородку, а в груди всё закрутилось вихрем. – Или так на порку напрашиваешься?
– Нет, просто вы… Ты… Не знаю, не получается. Какой-то блок. Может, этика?
– К старшим уважительно надо?
– К тем, у кого я интервью должна была брать.
– Ещё хочешь? Я тебе такое интервью дам, Александра, закачаешься. Ебейший материал будет.
– Угу. С радостью статью напишу. Для полиции. Им понравится.
– Сучка.
Оскорбление, почему-то, оскорбительно не прозвучало. Скорее из-за того, что Валид произнес мягко, с усмешкой. Но наказание последовало. Мужчина ловко расстегнул мой лифчик, заставляя хвататься за чашечки.
– Снимай, – отступил на шаг. – Там эти металлические хреновины, с ними нельзя. Ошпарят. Трусы можешь оставить, разрешаю.
– Спасибо, барин, – не сдержалась.
Я отбрасываю лифчик и быстро хватаю простынь. Валид меня не останавливает, позволяет закутаться до самой шеи. С раздражением дергаю нитку, которая зацепилась за мои наручники. А после разворачиваюсь к мужчине.
– Я с вами не пойду, – сжимаю простынь одной рукой, вторую протягиваю Хасанову. – Нельзя ведь.
– Сейчас снимем, лапушка, не переживай, – тянется к тем самым иглам. Видимо, это отмычки. – Пару секунд и будешь свободна. Рада?
– Была бы рада, если бы вы ключ не проебали.
– Грязный у тебя ротик, Александра. Я бы им попользовался.
Я молча проглатываю этот «комплимент», а Валид принимается за дело. Несмотря на всё, пальцы у него ловкие. Быстро орудуют железной палкой, пару нажатий – и слышится глухой щелчок.
Я с неверием рассматриваю свою ладонь, будто впервые вижу. Настолько привыкла, что на запястьях оковы, что без них даже не по себе. Потираю раздраженную кожу, прижимаю руки к груди.
– Всё, – подмигивает. – Почти свободная пташка. Лети.
– Куда?
– В сауну. Будем тебя греть, парить, немного веником отхожу. Или чем другим порадую.
– А можно без этого? Я сама себя порадую, – язык явно теряет связь с мозгом. – То есть…
– Ну, порадуй. Тоже забава. С радостью посмотрю, Александра, как ты сама себя ласкаешь. Любишь это дело, а?
Пошляк!
