Тело, непривычное к там нагрузкам, дрожит от усталости. Каждое движение Валида – ощущается острее и сильнее. Желание то ли ласкает, то ли разрывает.
Кажется, если мужчина сейчас не доведёт всё до конца, то я долго не выдержу. Мне нужно быстро и резко, пока возбуждение не начало причинять боль.
– Пожалуйста, – сдаюсь, прошу. Растерянно моргаю, когда мужчина отстраняется. – Что ты…
– О, лапуль, – приподнимает брови, нависая надо мной. Наши лица так близко, а лоно ноет от потери чужого внимания. – Ты ведь не решила, что я собираюсь тебе отлизать?
– Я… – хочу умереть от стыда.
– Не, Александра, таким я не занимаюсь. Я ебу членом, не языком.
Валид переворачивает меня на живот, прижимается стояком. Секундная вспышка разочарования меняется новой дозой предвкушения.
Я дрожу от того, как член Палача скользит по моему лону. Пульсирующая головка задевает клитор. Каждый удар – новый разряд по нутру.
В самый центр желания бьет.
Запускает сладостные спазмы по телу.
Под кожей – разбросанные угольки. Жевреют, поддерживают полымя. Всё для того, чтобы шея покрывалась мурашками, когда Валид прикасается губами.
Целует плечи, сжимает подбородок, заставляет запрокинуть голову. Ловит мои губы, и в этот момент делает первый толчок, входя меня на полную.
Вибрация проходит от моей дырочки до самых губ, как мощные удары тока. Стону в поцелуе, прекрасно чувствую, как это действует на мужчину.
Он твердеет, толкается сильнее.
Я будто слышу, как его самообладание трещит. Понимаю, что всё это время Валид сдерживается. Куда менее активный, чем мог бы быть.
Страшно и волнительно от мысли, насколько он дикий без какого-либо контроля.
Провожу языком по пересохшим губам. Охаю от ощущений, когда Валид повторяет этот жест. Посасывает их, кусает и зализывает. Боль сменяет наслаждением.
Валид подхватывает меня под грудью, прижимает к себе. Откидываюсь на него, выгибаюсь. Теряю ошмётки совести, полностью отдаваясь этому уголовнику.
Дрожу от его касаний.
Получаю кайф от его укусов-поцелуев.
Его хочу.
Удовольствие томится в груди, нарастает постепенно. Сдавливает лёгкие, сиропом разливается по венам. Нейроны перерезает. Теряю связь с телом.
– Ты всегда такая готовая? – спрашивает, обхватывая моё горло пальцами.
– Я… Нет.
– Давай, скажи, лапуль. Скажи, что только от моего хуя так течешь.
Валид держит крепко. Он может легко причинить мне боль, но я чувствую лишь ласку на его кончиках пальцев. Своеобразная неправильная нежность.
Пульс зашкаливает, сердце с ума сходит. Мужчина это всё чувствует. Знает. И чем сильнее я реагирую, тем хаотичнее становятся его толчки.
Мы вдвоем с ума сходим от этого.
– Сука, – рычит на ухо, сильнее сжимает. Неистово врывается в моё тело. – Что ты за дурь, Александра? Какого хрена от тебя оторваться нельзя?
Не знаю.
Не представляю.
Просто если это дурь – то Валид такая же.
Нейротоксин.
Паралитик столь мощного действия, что никто не спасёт.
Рядом с ним ничего не могу.
Теряюсь, замираю.
Лишь принимаю то, что он даёт.
Меня уносит. Вверх. Всё выше, сильнее удовольствие. Глаза слезятся от искрящего напряжения, мышцы подрагивают. Я вот-вот…
Меня бросает вниз. Расшибает о твердую землю, размалывает. Каждую клеточку разрывает удовольствием. Наполняет диким желанием и свободой.
Падаю. Раз за разом. Лечу и падаю. Содрогаюсь. Кончаю оттого, что Валид срывается на нетерпеливый ритм. Чем делает мой оргазм только сильнее.
Падаю. Снова. Но в этот раз – на смятые простыни. Затравленно дышу, не в силах ухватить кислород. Бедра обжигает горячей жидкостью. Она стекает по коже, пачкает лоно.
Валид ведёт пальцами по моей пояснице, оглаживает косточки позвоночника. Я жмурюсь, позволяя себе впитать каждую капельку этой редкой нежности.
Мне нужно в ванную. Нужно сбежать подальше от Палача, пока он полностью не отобрал мою душу. Но когда Валид укладывается рядом, притягивая меня ближе – я не противлюсь.
Слушаю, как его сердце громко бьётся под ребрами. Частит. Меня колышет на его груди, из-за сорванного дыхания.
Лучшее снотворное.
– Отдыхай, куколка, – усмехается, видя моё состояние. – Завтра много дел.
– Фото отцовские снова?
Я бормочу, не в силах сложить правильные слова. Как же хорошо. Я будто пьяна, до краев наполнена наслаждением.
– Нет, не фото для твоего отца, – отвечает, убирая волосы с моего лица. – Прогуляемся.
– Лес?
– Нет. Небольшая вечеринка с друзьями.
– А если я сбегу? – приподнимаюсь, упираясь руками о грудь мужчины. Разглядываю его лицо. – Не боишься?
Я не хочу куда-то идти. Знакомиться с такими же бандитами, чувствовать себя в опасности. И даже если Хасанов защитит меня, то… Нет, не могу.
Вот только желания заложницы редко слушают. Поэтому пытаюсь действовать хитростью. Или её подобием, которое рождается в сонном мозгу.
– Я даже позволю, – обещает, сжимая мои ягодицы. – Без вопросов.
– Позволишь сбежать? – сглатываю горькую слюну.
– Конечно. Ты ведь помнишь, Александра? Где поймаю – там и выебу. Дай мне повод натянуть тебя посреди леса.
– А если не поймаешь?
– Тебя, бедовая, я поймаю всегда.
