Джеймс, брат Луизы, отчаянный игрок, проиграл свой дом Элистеру, лорду Данстену, а тот, увидев очаровательную Луизу в компании типа столь ненадежного, предложил девушке свою помощь…
Сверкающее золото волос и чарующий, словно звон колокольчика, смех заставили Элистера бросить на Луизу быстрый оценивающий взгляд, какой обычно бросают мужчины на красивых женщин.
Она была центром компании молодых людей, которые пили вино, сопровождая это приятное занятие громкими разговорами и взрывами оглушительного хохота. Двух из них он узнал — Джеймс Фрейзер и Тимоти Хекет. Увидев, какое безудержное веселье с музыкой и танцами царит в Воксхолле на Темзе близ Лэмбета, они не устояли перед искушением окунуться в эту круговерть развлечений, позабыв обо всем на свете.
Посетители вели себя совершенно непринужденно и раскованно, здесь можно было не отказывать себе ни в чем — начиная с общепринятых удовольствий и кончая сногсшибательными сумасбродствами. Воксхолл был самым любимым местом отдыха лондонцев. Кроме его широких освещенных аллей существовали сотни мощеных дорожек и темных тропинок, в которых мог заблудиться даже завсегдатай. Это делало парк идеальным местом для любовных свиданий, розыгрышей и тайных интриг. Дамы и кавалеры незаметно исчезали в тени деревьев, и многим удавалось украдкой сорвать сладкий поцелуй.
Устав от затянувшихся скучных прений о внешней политике в палате лордов, Элистер, сытно поев и пропустив две рюмки отличного коньяка, что привело его в расслабленное состояние, вышел из ресторана, где ужинал с друзьями, чтобы послушать оркестр и поглазеть на прогуливающихся горожан, которые толпами стекались в Воксхолл. Ярко освещенные павильоны предлагали посетителям развлечения на любой вкус, и рядом с одним из них Элистер остановился, чтобы посмотреть на молодых людей, весело кружившихся в вихре народного танца.
Вдруг его внимание привлекла молоденькая девушка редкой красоты, которой он невольно залюбовался. Она держалась свободно и независимо, но все, кто ее видел, становились жертвами ее обаяния. Оно таилось в ее живых глазах, в наклоне головы, в едва заметной соблазнительной улыбке, которой она щедро одаривала своих спутников.
Он так увлекся ею, что не заметил, как леди Брикнелл, обнаружившая его отсутствие за столом, подошла и встала рядом с ним. Проследив за его взглядом, она быстро определила, кто привлек его пристальное внимание. Леди Брикнелл слыла женщиной мудрой во всех отношениях, и от нее не ускользнуло, что в глазах Элистера появилось нечто такое, чего ей давно не доводилось видеть.
Его взгляд был приветливым и страстным одновременно. Он смотрел на незнакомку с жадным интересом и нескрываемым любопытством, что было совершенно несвойственно для тридцатилетнего Элистера Данстена, объявившего себя закоренелым холостяком и считавшего женщин глупыми и скучными существами, без которых можно прекрасно обойтись…
Теперь же он буквально впился глазами в эту молодую особу.
— Так-так, Элистер! Вижу, эта девушка очаровала вас, — заметила леди Брикнелл. — Я знаю, вы не пропускаете ни одной хорошенькой девушки, но эта молодая особа, может быть, уже занята.
Элистер с большой неохотой перевел взгляд с приглянувшейся девушки на леди Брикнелл, статную, полную жизни тридцатипятилетнюю женщину, вдову его покойного друга лорда Брикнелла.
— Интересно, кто бы это мог быть? — проговорил Элистер, взглянув на девушку как раз в ту минуту, когда она бросила на проходившего мимо джентльмена озорной взгляд. Радость переполняла все ее существо, она весело смеялась, и звук ее смеха напоминал нежный звон серебряного колокольчика. — Я раньше ее не видел.
— Она, разумеется, очень хорошенькая и, кажется, довольно общительная, потому что ведет себя очень свободно, что не подобает благовоспитанной девушке из хорошей семьи. Должна сказать, ее родители не очень-то ею занимались и не задумывались над ее будущим, чего нельзя сказать о ваших родителях.
— Почему вы так считаете? — спросил Элистер с удивлением.
— Потому что она — единственная девушка в компании ищущих удовольствий богатых молодых бездельников, которые нисколько не заботятся о соблюдении правил хорошего тона и вежливого обращения. Я считаю, что она заурядная девица из начинающих актрис, возможно даже, судя по поведению, любовница Фрейзера.
— Нет, она совершенно не похожа на обычных девушек, — возразил Элистер своей старинной приятельнице.
— Это вы так считаете, — усмехнулась леди Брикнелл. — Но то, как она фамильярничает и с мистером Фрейзером, и с мистером Хекетом, подсказывает мне, что не такая уж она невинная.
