– Я не знаю, – тихо ответил он, осторожно походив туда-сюда по влажной траве. –Никогда раньше здесь не был. Но могу сказать точно, что мы на Земле.
– Спасибо, весьма ценная информация, – не упустила возможности съязвить Ронни, но, заметив весьма подавленный вид Фреда, добавила: – Да ладно тебе, я поняла, что мы ни в каком-то там круге или еще где. А где наш новый друг?
Она завертела головой, но нефари поблизости не было.
Поблизости вообще ничего не было. Лишь неприступная сосновая стена и едва заметная тропинка, ведущая куда-то вниз по слегка примятой траве.
– Я думаю, нужно идти, – сказал Фред, ступил вперед и моментально оказался сбит с ног чем-то огромным, напоминающим раздувшийся кожаный мяч.
Ронни непроизвольно выругалась и, тяжело сорвавшись с места, в мгновение окна скатилась по склону и схватила упавшего прямо в лужу Фреда за руки.
Не успела она поднять его, как невесть откуда взявшийся бес снова пронесся над их головами, едва не отрезав их острыми краями широких крыльев. С верхушек сосен посыпался снег: падая, он небольшими яркими искрами переливался в воздухе и мелкой пылью оседал на придавленных листьях растений.
– Какова вероятность, что я справлюсь с ним во второй раз? – поинтересовалась Ронни, напряженно наблюдая за усевшимся на длинной гибкой ветке бесом, который в любой момент был готов сорваться с нее и разодрать их в клочья.
– Побежим? – предложил Фред, слегка прищурившись.
Стекло его очков покрылось тонкой сеткой трещин.Ронни не успела ответить: бес резко сорвался с места, но в него тотчас же влетело что-то гораздо меньшее размером, но схожее с ним силой. Это был идеальный момент для того, чтобы скрыться, но она буквально вросла в мерзлую землю, старательно всматриваясь в силуэты двух борющихся тварей.
Поначалу более крупный, изворотливый бес явно одерживал верх, но потом нефари – а это был именно он – каким-то образом удалось выцарапать противнику один глаз и впечатать его в пошатнувшийся ствол хлипкого тонкого дерева.
Пока бес, пошатываясь, расправлял помятые крылья, Ронни наконец сорвалась с места и, схватив Фреда за рукав, помчалась вперед. Пришлось продираться сквозь голые колючие кусты, но она практически не замечала цепляющихся за одежду веток.
Они уходили все дальше в лес, который становился все более густым и все более заснеженным. Вскоре, когда ноги окончательно увязли в снегу, Ронни остановилась и снова огляделась по сторонам.
– Странно, – задумчиво сказала она, отдышавшись. – Не слишком ли рано для снега? Может, это все же очередной круг?
– Тебе так понравилась теория о кругах, что ты теперь везде их находишь? – пропыхтел Фред.
Выглядел он неважно: треснувшие очки, заснеженная куртка, раскрасневшиеся от холода ладони, на впавшей щеке – длинная, но неглубокая царапина.
– Знаешь, у меня просто больше нет других версий, – буркнула Ронни. – Если бы не все эти твои круги Конхобара, Мельдуна и Финна Маккула, у меня бы вообще никаких объяснений всему происходящему не было.
– Я не имею ничего против ирландской мифологии, – изумленно сказал Фред, – но почему ты в последнее время так часто упоминаешь ее персонажей?
– Я тебе потом как-нибудь расскажу, – отмахнулась Ронни, чуть покраснев. – И все-таки, когда бы в последний раз видел такое количество снега в октябре в окрестностях нашего города?
– Я из Ньюкасла, – смущенно ответил Фред.
Ронни хотела парировать, что даже для Ньюкасла это слишком, и в октябре температура там доходит порой до двадцати градусов тепла, но сразу же остановилась: она никогда не слышала о том, что друг родом именно оттуда.
Она медленно смерила его внимательным взглядом, и тут Фред, хлопнув себя по лбу, воскликнул: «Вспомнил!»
– Что вспомнил? – подскочила о неожиданности Ронни.
– Кое-что… о себе, – неуверенно ответил он. – Похоже, наши воспоминания возвращаются по мере нахождения на Земле.
– Здорово, а я-то думаю, почему у меня голова так резко потяжелела, – съязвила Ронни. – Думаю, у нас будет время поговорить об этом чуть позже, а сейчас…
Она прислушалась. Где-то совсем рядом все еще доносились глухие удары и протяжный вой, земля чуть ощутимо вибрировала. – А сейчас нам нужно убежать отсюда как можно быстрее и дальше.
«Убежать», впрочем-то, у них не очень получилось: слишком уж тяжело было передвигать уставшие, словно бы каменные ноги по глубоким сугробам.
В итоге Ронни, устало схватившись за заиндевевший ствол дерева и покачнувшись вперед, вывалилась на подозрительно очищенную дорогу, по которой, казалось, регулярно ездил какой-то транспорт. Впереди дорога как будто обрывалась; далеко небольшими черными точками виднелись покосившиеся домики, от каждого из которых тонкой серой струйкой вился дым.
– Ну уж нет, в еще одну деревню я идти не собираюсь, – решительно заявила она, но тут же сама поплелась к краю дороги.
Она действительно обрывалась, точнее, плавно превращалась в пологий склон, на котором из-под снега уже пробивались коротенькие изумрудные травинки.
