— Действительно, — закивал головой Хлеби. — Ведь уже десять дней, как Великий Топианский Ураган закончился. А ведь он целых шесть дней продолжался! И только к финалу второго дня сорфиты выловили на своем участке Барьера двух наемников и одного колаба. Почти полностью обезумевших! И с тех пор прошло четырнадцать дней. Невероятно большое время, даже для уникальных колдунов. Учти: всего лишь три особи из четырех тысяч спаслись. Да и то совершенно случайно. Поверь, в той круговерти стихии не выживет никто. Ты бы видел, чем наполнилась Небесная Чаша после Чальшагского урагана. Бр-р! Кисель из песка, камней и выгоревшей плоти.
— Потому что сгорели в собственной смеси, — попытался возразить Липон, но Избавляющий лишь устало махнул рукой:
— Я и говорю: это надо увидеть лично.
Такос предложил:
— Давайте вернемся к противоположному краю Уровня. Понаблюдаем за взлетом, — и двинулся первым. Заодно высказав всех интересующий вопрос: — Но когда же мы дождемся хоть более-менее слаженного рассказа от пойманных сорфитами пленников?
Хоть Хлеби прибыл на границу только вчера, все уставились на него как на самого информированного человека. Тот тяжело вздохнул и уже в который раз стал повторять имеющиеся сведения:
— Трудно сказать. Их лечат самые искусные таги, но связную информацию дал только один из наемников. По его словам, он лишь чудом избежал погружения в ядовитую жижу, вскочив на седло проваливающейся вниз лошади, подпрыгнув и успев задействовать левитацию. В следующий момент все Эль-Митоланы совершили подобное действие, но добрая треть оказалась испачкана болотной тиной. Затем из острия клина послышались вопли, ругательства, страшные взрывы, и следом налетел ужаснейший ураган. Куда его несло и как он выжил, наемник до сих пор понять не может. Более раннюю информацию о первых днях Похода сорфиты обещали передать сюда этим утром. Так что ждать осталось немного.
Все подошли к краю Уровня и задумчиво уставились на зеленеющий энормианский лес. Хотя каждому хотелось спросить и обсудить самый важный вопрос: имел ли шанс спастись самый ценный и ожидаемый для них человек. По молчаливому уговору этой темы старались избегать. Но каждый прекрасно понимал: такое длительное время пребывания в Топях убивает любое разумное существо многократно. Как ни печально было осознавать, но факт оставался фактом: их ученик, друг и боевой товарищ пал смертью храбрых в дебрях Гиблых Топей.
И уже с каким-то равнодушием, совершенно без надежды они наблюдали за приготовлениями к взлету. Где главными действующими лицами выступали Давид Сонный и восемь боларов во главе с их лидером и командиром Спином.
Наконец-то Давид забрался вовнутрь прочной проволочной клетки и прикрепился к самым толстым прутьям ремнями. Затем проверил подвижность крупного приближающего устройства, которое еще совсем недавно использовалось на наблюдательном пункте Рихарда Огромного возле Чальшага. Именно для монтажа этого устройства и была создана используемая в данное время клеть. От нее вверх тянулись прочные ременные постромки, и за каждый их них крепко держался каждый из восьми левитирующих боларов.
Наконец-то Давид Сонный занял надлежащую позицию. Затянул липучки на обшлагах теплой куртки и штанах, закрывающих голенища сапог. Надел меховые рукавицы — холод на громадной высоте стоял отменный. И дал команду на взлет.
Как и в предыдущие дни, ему предстоял двухчасовой полет над линией Барьера на максимальной высоте и просмотр внутренних территорий Гиблых Топей. Если бы он заметил хоть одну человеческую фигурку, сразу бы последовал сигнал всегда готовым для выступления «коршунам», и те бы бросились в указанном направлении.
Полет начался строго вертикально вверх. Но как только живописная группа превратилась в плохо различимую маленькую гроздь, двинулась на запад, по намеченному маршруту.
Провожая их взглядом из-под прищуренных век, Коперрульф тяжело вздохнул:
— Как жаль, что болары не могут летать над Топями!
— Увы! — с горечью согласился Хлеби. — Но и так сделали массу невозможного и оказали неоценимую помощь всему человечеству.
— Мне трудно представить, — заговорил Липон Бравый, — что начнется во всем мире, когда сведения о нашем сотрудничестве с боларами просочатся в другие страны. Придется менять всю тактику разведки, обороны, нападения… Да и все последствия предвидеть просто невозможно.
— Вряд ли болары согласятся служить плохим целям, — возразил Такос Однорукий.
— Но их могут заставить!
— Тоже спорно, — не согласился Избавляющий. — Ведь во все времена их пытали и разбирали на щепки, но силой ничего не добились. А вот обмануть могут запросто. Слишком эти летающие растения бывают порой наивны и доверчивы.
Впервые за все утро заговорил Бабу:
— Наших лошадей уже вывели на Уровень.
— Отлично! — обрадовался Липон. — Давайте промчимся тоже в западном направлении. Передвигаться по такой идеально ровной поверхности сплошное удовольствие.
— Очень может быть, что в скором времени мы сможем передвигаться с еще большей скоростью.
