Однажды происходит невозможное. Рушится привычный мир. Сменяются эпохи. Орк становится императором эльфов. Оставшиеся в живых эльфы готовы убивать друг друга ради власти. Орден Видящих готовит переворот, дабы посадить на трон своего кандидата. А в старой заброшенной башне Ордена набирает силу единственный, кто может остановить жаждущих мести волшебниц. Тот, чье существование, по общему мнению, невозможно, — НЕВОЗМОЖНЫЙ МАГ.
Художник Е. Синеговец.
Глубокие сильные голоса женщин пели протяжную нежную песню:
Двенадцать женщин и девушек, взявшись за руки, неспешно шли по дорожкам парка, шелестя опадающей листвой. В своих светлых одеяниях они казались стайкой птиц, случайно попавших с небес на землю. Пели только женщины. Девушки молчали, опустив глаза. По пятам за ними шли два пажа, аккомпанируя на лютнях. Еще один мальчик-паж шагал рядом, держа в руках охапку осенних цветов. Время от времени одна из дам, не прерывая песни, сходила с тропинки, срывала понравившийся цветок и протягивала его мальчишке, добавляя в букет. Когда дамы вернутся с прогулки, они разделят цветы на несколько букетов и украсят ими покои знатной дамы.
Леди Тинатирель Карбункуловая, ради которой все и затевалось, стояла на внутренней крепостной стене и сверху вниз смотрела на парк, где гуляли ее придворные дамы. Она наизусть знала эту песню, «Песню опадающих листьев», как и многие другие, которые звучали здесь то и дело — «Песню первого цветка», «Песню молодых листьев», «Песню летнего дождя», «Песню росы», «Песню радуги» и остальные. Она знала, какие песни можно петь совсем юным девушкам, какие — невестам, какие — молодым женщинам, ожидающим рождения первенца, какие — зрелым женщинам, а какие тем, кто уже никогда не испытает радости материнства. В свое время она пела их почти все, и сейчас время остановилось для нее на недавно отзвучавшей в парке «Песне спелых плодов». Ее пели те женщины, у которых есть подрастающие дети, но которые еще могут стать матерями их младших братьев и сестер. Пройдет совсем немного времени, и она запоет «Песню опадающих листьев» — песню печали и скорби по увядающей молодости.
«Если бы не ты, — с раздражением подумала она, — я бы еще долго пела эту песню! Но ты сам захотел, чтобы я состарилась до срока!»
Раздражение ее было направлено против бывшего мужа, Наместника Моррира Рубинового. Несколько лет назад он предал ее, и леди Тинатирель воспользовалась древним правом, дозволяющим женщине самой принимать мужские решения. Она покинула супруга, забрала сына и разделила их Рубиновый Остров на две части. Отторгнутая леди Тинатирель часть получила название Карбункуловый Остров, а собственно Рубиновый Остров лорда Моррира со временем
«Вся наша жизнь, вся наша история ушла под воду из-за таких, как ты! — продолжала ругать бывшего мужа леди. — Ты оказался трусом, недостойным того, чтобы жить с женщиной, в чьих жилах течет кровь древних королей! Если бы не ты и не тебе подобные малодушные трусы, наш Архипелаг сейчас сиял еще ярче. Вы сами во всем виноваты…»
Но кем были эти «вы», леди Тинатирель не уточняла. Для нее врагами были почти все, кроме нескольких единомышленников, которые остались лордами последних Островов.
А ведь еще совсем недавно Радужный Архипелаг был именно таким! Именно Архипелагом, и именно Радужным. То, что осталось от него, было жалкими крохами, лишь тенью, искрами былого величия. Случилось это шесть лет назад, и все шесть лет леди Тинатирель жила с болью в душе.
