— Послушай, дружокъ! — заявилъ Мишель, обходившійся немного покровительственно съ младшимъ братомъ своего друга Жака, — я сегодня же вечеромъ пойду переговорить съ Рео, это ршено, такъ какъ я вижу, что ты искрененъ, и врю твоей любви и твоимъ добрымъ намреніямъ; только намъ нужно бы сговориться. Склоненъ ли ты къ тому, чтобы серьезно работать, принести жертву? Представь себ, что часъ тому назадъ Даранъ мн говорилъ о теб.
Дйствительно, Даранъ, даже совершенно не зная послдней исторіи молодого человка, возымлъ ту же мысль, какъ и миссъ Севернъ. Онъ зналъ Поля за хорошаго малаго, боле слабаго, чмъ лниваго, очень умнаго, очень правдиваго, и онъ надеялся, что заманчивое предложеніе врнаго и очень хорошо оплачиваемаго положенія, хотя бы это было и въ Америк, заставитъ молодого инженера стряхнуть свою безпечность и употребить съ пользою свой дипломъ.
Мишель высказался боле скептически, когда Альбертъ изложилъ ему свой проектъ. Теперь онъ его представлялъ этому парижанину Полю съ нкоторымъ безпокойствомъ, но съ первыхъ же словъ этотъ послдній пришелъ въ такой же восторгъ, какъ и Симона. При послднихъ словахъ онъ едва не кинулся на шею Тремору.
— Значить, теб это подходитъ?
— Подходитъ ли это мн? Но Америка — это страна моихъ мечтаній! это Обтованная земля, Эденъ, Эмпиреи, Елисейскія поля, Валгала! Америка и Симона! Мой дорогой, да тутъ просто есть отъ чего умереть отъ радости! Ты увидишь, ты увидишь, я сдлаюсь вторымъ Эдиссономъ! Или скоре, нтъ, это Эдиссонъ станетъ вторымъ Полемъ Рео! Мои совершенства превзойдутъ ваши самыя оптимистическія надежды, самъ Жакъ будетъ воспвать мн похвалы, а покамстъ онъ мн отдастъ Симону. Ахъ! мой дорогой Треморъ, мой спаситель, какъ я хорошо сдлалъ, что тебя встртилъ!
Мишель улыбался не особенно весело.
— Даранъ обдаетъ у меня, — сказалъ онъ, — приходи также; вечеромъ я схожу замолвить словечко Жаку и оставлю васъ поговорить, Альберта и тебя.
Съ нсколько грустной снисходительностью онъ слушалъ планы будущаго, блестяще развиваемые Полемъ, и также благодарныя похвалы, которыми онъ прославлялъ очарованіе, умъ, доброту Сюзанны, своей первой довренной.
— Возможно, что она явится сейчасъ въ Круа-Пьеръ, — сказалъ Мишель, въ дйствительности имвшій нкоторое основаніе такъ думать, но старавшійся выразить это предположеніе спокойнымъ и естественнымъ тономъ; — я убжденъ, что она огорчена, что не имла возможности поговорить со мной о теб и м-ль Шазе. Я ее подожду здсь.
Поль улыбнулся.
— Превосходная мысль! — одобрилъ онъ. — Подожди миссъ Севернъ. Это будетъ для нея пріятнымъ сюрпризомъ — моя скромность побуждаетъ меня такъ думать — увидть, кому я уступилъ мсто. А ты, ты вполн заслужилъ это драгоцнное свиданіе! Но, знаешь ли, когда я буду женихомъ, я приму американскую систему.
Поль удалился сіяющій. Мишель провожалъ его снисходительнымъ взглядомъ, который очень быстро сталъ печальнымъ. Его неудовольствіе увеличилось. Онъ сердился на Сюзанну за эту месть ея оскорбленной гордости, за то, что она разыграла эту злую комедію, и также за то, что ршилась, повидимому, идти одной на свиданіе, которое въ этихъ условіяхъ Поль никогда бы не осмлился ей назначить. Затмъ, въ особенности, онъ не могъ простить молодой двушк т минуты пытки, которыя ему доставило воспоминаніе объ однажды безразсудно, жестоко брошенныхъ ею словахъ:
— Я люблю другого!
Миссъ Севернъ къ тому же осудила его мнимую вину, не давъ ему оправдаться, не спросивъ у него ни малйшаго объясненія; она находила удовольствіе въ мелочномъ мщеніи, не узнавъ отъ Мишеля, далъ ли онъ, отправляясь въ Барбизонъ, если не право, то хотя бы поводъ къ тому, чтобы ему мстили.
Сюзанна смутно ожидала, что, несмотря на ея запрещеніе, Мишель придетъ за ней къ ея протеже Мишо. Покидая ихъ, она чувствовала себя нсколько обманутой въ своихъ ожиданіяхъ.
Можетъ быть, все таки, Мишель слдовалъ за ней, не желая быть однако замченнымъ. Легко можно было скрыться въ густомъ, высокомъ лсу, окаймлявшемъ съ обихъ сторонъ дорогу, и эта мысль не была непріятна миссъ Севернъ; но даже, если бы не предстояла встрча съ Полемъ Рео, она бы никогда не согласилась заставить маленькаго Мишо провожать себя, т. е. не послдовала бы совту Мишеля.
Было еще совсмъ свтло, и лсъ не имлъ въ себ ничего мрачнаго въ этотъ прекрасный день конца сентября. Блестящія ягоды цвта краснаго коралла или чернаго янтаря придавали кустарникамъ блескъ драгоценностей; изъ-подъ листьевъ высовывались головки орховъ въ своихъ шапочкахъ, въ немного тусклой трав было изобиліе цвтовъ, а въ блдномъ неб парили цлыя стаи ласточекъ.
Сюзи шла не торопясь и составляла оригинальный букетъ изъ срываемыхъ ею мимоходомъ листьевъ, коричневыхъ, красныхъ и желтыхъ, посеребренныхъ, позолоченныхъ, цвта мди, шелковистыхъ или съ металлическимъ блескомъ, съ отливомъ или одноцвтно окрашенныхъ.
