— Я точно могу сказать, где находилась. Я были на дегустации с людьми с кинофестиваля Трайбека. Я получила контракт на организацию одной из их вечеринок следующей весной и помню тот день прекрасно, потому что дегустация прошла хорошо, и я ехала сюда, в кондитерскую, на машине, когда услышала о Мэтью.
Никки сделала себе заметку и продолжала:
— У нас были какие-либо контакты с мистером Старром после окончания вашего романа?
— Контакты? Вы спрашиваете, не встречались ли мы?
— Да. Или любые другие контакты.
— Нет, хотя несколько месяцев назад я его видела. Но мы не разговаривали — он меня не заметил.
— Где это произошло?
— В «Блумингдейлс».[75] Внизу, в кафе. Я зашла туда выпить чаю и увидела его.
— Почему вы с ним не заговорили?
— Он был с женщиной.
Никки записала.
— Вы ее узнали?
Морган улыбнулась проницательности Никки.
— Нет. Возможно, я бы поздоровалась с Мэтью, но она держала руку у него на бедре. Мне показалось, что они поглощены друг другом.
— Вы можете ее описать?
Молодая симпатичная блондинка. Молодая… — Она подумала несколько секунд и добавила:
— О, и еще она говорила с акцентом. Скандинавским. Датским, может, шведским, не знаю.
Никки и Рук обменялись взглядами, и она буквальном почувствовала, как он заглядывает ей через плечо, пока она писала в блокноте «Няня?».
— Значит больше никаких контактов?
— Нет. Все закончилось, и он исчез из моей жизни. Но мы расстались спокойно и хорошо. -
Она посмотрела на свою чашку с кофе, потом на Никки. — Нет, чушь собачья, это было чертовски болезненно. Но мы взрослые люди. Каждый из нас пошел своей дорогой. Жизнь… продолжается… — Она смолкла.
— Давайте вернемся к моменту окончания ваших отношений. Должно быть, вам нелегко было оставаться в офисе. Он уволил вас после того, как вы разошлись?
— Я сама решила уйти. Работать вместе было бы для нас неудобно, и я совершенно уверена в том, что ему не хотелось слушать шепотки за спиной.
— Но у вас же там была прекрасная карьера.
— У меня там была прекрасная любовь. По крайней мере, я в это верила. А когда любовь закончилась, карьера меня уже не слишком волновала.
— Я бы на вашем месте была зла как черт, — заметила Никки. Иногда самый лучший способ задать вопрос — это вообще его не задавать.
— Я ощущала боль и одиночество, верно. Но злоба? — Морган улыбнулась. — Наверное, так было лучше для меня. Подобные романы, ну, вы знаете, удобные, приятные, без обязательств…
Я поняла, что использовала эту связь, как и работу, для того, чтобы оградить себя от других связей. Вы понимаете, о чем я?
Никки смущенно поерзала в кресле и выдавила нейтральное:
— Гм.
— Это лишь заполняло пустоту в моей жизни. И еще я не становилась моложе.
Никки снова поерзала, удивляясь тому, как получилось, что смущенной оказалась она, а не свидетельница.
— Однако Мэтью был добр ко мне. Он предложил мне большую сумму.
Никки мигом отключилась от собственных переживаний и мыслями вернулась к разговору; она сделала пометку проверить у Пакстона информацию о деньгах.
— Сколько он вам дал?
— Нисколько. Я ни за что не взяла бы у него деньги.
— С его финансовым положением, думаю, он этому только обрадовался, — заметил Рук.
— Понимаете, — продолжала Морган, словно не слыша его, — если бы я взяла у него деньги, тогда все выглядело бы так… пошло. Но все было не так, как думали окружающие. Все считали, что я раздвигаю ноги для того, чтобы пробиться наверх.
— И все-таки никто не узнал бы, что вы взяли у него деньги, — не отставал Рук.
— Я бы знала, — ответила она.
И после этих трех слов детектив Хит закрыла свой блокнот. С тарелки к ней взывал морковный кекс, и его необходимо было заставить замолчать. Снимая гофрированную бумажную обертку, Никки оглядела модную кондитерскую и спросила:
— А как насчет всего этого? Не ожидала увидеть здесь топ- менеджера с дипломом МВА и бьющей через край энергией.
Иорган рассмеялась.
— О вы о той Морган Доннелли. Она еще жива. Время от времени появляется в моей жизни и сводит меня с ума. — Она наклонилась через стол к Никки. — Когда три года назад мы с Мэтью расстались, я словно раскрыла глаза. Я и до того уже начинала замечать кое-какие признаки, но сознательно не обращала на них внимания. Например, иногда по вечерам я стояла в своем огромном угловом офисе, обставленном дорогой мебелью, на верхнем этаже «Старр-Пойнт», и разговаривала по телефону. Меня ждали еще на двух линиях, ждала дюжина писем, требующих ответа… А я смотрела вниз, на улицу, и говорила себе: «Взгляни на всех этих людей. Они идут домой, к семье».
Никки, которая облизывала с пальца сливочный крем, подняла голову.
— Погодите, но вы же были успешной женщиной на пике карьеры, разве это не приносило вам удовлетворения?
