Незаконнорожденная полностью

– Я хотел, чтобы вы поняли, миссис Уикс… Как уже было сказано, я подружился с этим доктором, хоть и не разрешил ему просверлить свой череп, и ходил вместе с ним наблюдать за вскрытием трупов, снятых с виселицы. Я… думал узнать, как устроено человеческое тело. Пытался найти то место, в котором у человека находится душа, чтобы снова поверить в ее существование. Ведь без нее мы просто живые машины, подобные той переваривающей утке или медной мышке, разве не так? Поэтому я смотрел, учился и вот что узнал: мы просто машины, миссис Уикс! Мы едим, спим, испражняемся, это повторяется снова и снова, точно так же как у любых других зверушек, которые ходят по нашей земле. А умираем мы, когда в нас сломается какая-то деталь или, например, когда кто-то вынет из машины нужный винтик, после чего она уже не сможет работать. А это… это… – Джонатан с силой встряхнул банку, отчего жидкость снова заколыхалась, а крышка звякнула. Он сделал по направлению к Рейчел один медленный шаг, потом другой. – Это и есть то, что за все в ответе. Не Бог. Не судьба. Вот я и спрашиваю, миссис Уикс… если другой человек может решить, когда мне умереть, то почему я не могу решить этого сам?

Джонатан Аллейн стоял перед ней, в его глазах метались темные огоньки. Перед собой он держал банку, словно какой-то ужасный подарок. Кисти рук, с усилием сжимающие гладкие бока банки, побелели. По телу пробегала судорога.

– Мы не машины, сэр. Я в этом уверена. Человек создан для высших целей… По образу и подобию Божьему… – проговорила Рейчел дрожащим голосом, борясь с желанием повернуться и убежать. Она не могла оторвать взгляда от сероватой мертвой плоти в банке.

«Неужели это и есть то, что находится у меня в голове? – Ей казалось совершенно недопустимым, что этот мозг отделили от его владельца и выставили на обозрение таким чудовищным образом. – Эти вещи должны оставаться скрытыми от посторонних глаз».

– По образу и подобию Божьему? – невесело рассмеялся Джонатан. – Тогда ваш Бог не кто иной, как ублюдочный убийца, миссис Уикс, а вы дура.

Рейчел вздрогнула, сраженная оскорблением.

– А как же тогда любовь? – спросила она с отчаянием. – В какой части вашей машины отведено место для любви, мистер Аллейн?

– Любовь? – процедил Джонатан и уставился на нее непонимающим взглядом, словно не знал этого слова, но потом его глаза вновь засверкали. Гнев исказил лицо, проложив глубокие борозды между бровями, заставив губы побелеть и превратив их в две тонкие полоски. В его облике действительно появилось что-то звериное. – Любовь – это миф. Иллюзия. Сказка, которой мы тешимся, чтобы сделать жизнь более сносной! Это ложь! – взревел Джонатан, подняв банку высоко над их головами.

Рейчел остолбенела. Внезапный приступ ярости, охвативший Джонатана, подействовал на нее точно яркая вспышка, такая сильная, что время замедлилось, а окружающий мир стал казаться нереальным и каким-то полым внутри. В этот миг она словно заглянула в его черное, опустошенное сердце. Перехваченный ею взгляд Джонатана заставил Рейчел похолодеть. «Да он же меня не видит!» Затем его руки вдруг опустились – резко и со страшной силой. В последнюю секунду Рейчел успела сделать шаг назад – и банка разлетелась у ее ног на множество осколков от удара об пол, а не об ее голову.

Наступила звенящая тишина. Комната наполнилась запахом спирта, от которого защипало в носу и появилась резь в глазах. Выступившие слезы застилали взор. Ногу жгло – кровь струилась по лодыжке, вытекая из того места, где один из осколков продырявил чулок и разрезал кожу. Мозг убийцы мирно покоился на носке ее правой туфли. Когда Рейчел пошевелила ногой, то почувствовала его вес. Блестящий и влажный, он вяло отвалился в сторону, куда более живой, чем ему полагалось. Тошнота подступила к горлу. Она вздрогнула и прижала руки ко рту. Джонатан тяжело дышал и не мигая глядел прямо перед собой. Его руки висели плетьми. Высоко подскочивший кусочек стекла вонзился ему в скулу, и тонкая струйка крови катилась по ней, напоминая алую слезу. Потом Рейчел увидела, как выражение его лица стало несколько более осмысленным. Он моргнул, глаза расширились, и кадык дернулся. Это вывело ее из оцепенения. Рейчел поспешно прошла мимо него, раздавив каблуком осколок, лежащий на грязном полу. Затем она с шага перешла на бег, открыла дверь и стремглав вылетела из комнаты, оставив Джонатана одного.

У подножия лестницы ее ждали двое – Пташка, вбежавшая через скрытую среди стенных панелей дверь, и Джозефина Аллейн, вышедшая из гостиной. Рейчел остановилась и, облокотившись на перила, слегка отдышалась.

– Миссис Уикс! Я услышала ужасный шум и испугалась…

Миссис Аллейн замолчала, предпочитая не уточнять, чего именно она испугалась. На ее лице был написан страх, но она быстро взяла себя в руки.

– Он… банка… мне кажется… – с трудом выдавила из себя Рейчел. – Я не ранена, – закончила она.

– Нет, ранены. Ваша лодыжка… пройдите-ка скорее в комнату и присядьте. Пташка, чего ты ждешь? Ступай, принеси чая, теплой воды и бинт.