— Сегодня, а быть может, и завтра, они на приступ не пойдут, — сказал священник Кеса-хану. — Их начальник Галлис — человек осторожный. Он отрядил рабочие команды в лес рубить деревья и делать лестницы. Он замышляет большой штурм, чтобы разделаться с нами раз и навсегда.
Маленький шаман кивнул.
— Одну или две атаки мы выдержим, а потом… — Он развёл руками.
Дардалион встал с позолоченного стула и протянул руки к огню, наслаждаясь внезапно охватившим его теплом.
— Чего я не понимаю, как не понимает и готирский генерал, так это хода мысли императора. Ведь приход Собирателя отменить невозможно. Возвышение надиров предначертано судьбой. Никому не под силу заменить будущее.
— Это не император, а Цу Чао хочет нашей погибели, — с сухим смешком ответил Кеса-хан. — Два чувства побуждают его к этому: ненависть к Волкам и стремление к неограниченной власти.
— За что же он так вас ненавидит?
Глаза Кеса-хана блеснули, и он сказал с жестокой улыбкой:
— Много лет назад он приехал ко мне, чтобы поучиться магии. Этого чиадзе занимала история Кровавых Рыцарей. Я отослал его прочь: он был умён, но не обладал мужеством.
— За это он и ненавидит ваше племя?
— Нет, не только. Он прокрался обратно в мою пещеру, желая похитить, — шаман прикрыл глаза, — кое-какие ценные вещи. Мои стражи схватили его и хотели убить, но я проявил милосердие. Я просто отрезал ему кое-что, чтобы он получше меня запомнил. Он остался жив, но более не способен дарить жизнь, понимаешь?
— Слишком хорошо понимаю, — холодно ответил Дардалион.
— Не нужно судить меня, священник, — огрызнулся Кеса-хан.
— Судить — не моё дело. Ты посеял семя ненависти и теперь пожинаешь плоды.
— Не так всё просто. Он всегда был злым. Надо было убить его тогда. Ничего, пусть себе злобится. Его желание заполучить эту крепость со всем её содержимым не уступает его ненависти. Волшебства, подобного тому, что заключено здесь, свет не знал уже десять тысячелетий. Им-то и стремится овладеть Цу Чао. Когда-то Древние творили здесь чудеса. Они умели растить живую ткань. Человек, потерявший ногу, мог отрастить себе новую. Органы, поражённые раком, заменялись здоровыми без помощи ножа. Старческие тела омолаживались. Здесь хранится секрет бессмертия. Он заключён в гигантском кристалле, помещённом в оболочку из чистого золота. Кристалл излучает силу, которую только золото и в меньшей степени свинец способны сдержать. Ты видел долину?
— Да. Она противоречит естеству.
— Пятьдесят лет назад сюда явились грабители. Они нашли Кристальную Палату, ободрали золото с её стен и лишили оболочки сам кристалл. — Кеса-хан засмеялся. — Это было не слишком разумно.
— Что сталось с ними потом? Почему они не похитили кристалл?
— Сила, выпущенная ими на волю, убила их. Древние умели управлять ею — без такого умения она становится губительной и действует наугад.
— Я не чувствую здесь никакого источника силы.
— Верно. Недавно Цу Чао послал сюда своих людей. Они сбили кристалл с места, и теперь он валяется на золотом полу футах в двухстах под нами.
— Эти люди тоже погибли?
— Можно назвать это и так.
На Дардалиона повеяло холодом, когда он взглянул в злые глаза шамана.
— Что ты скрываешь от меня, Кеса-хан? Каким тайнам предстоит ещё выйти наружу?
— Терпение, священник. Всё откроется в своё время. Нельзя нарушать равновесие, и без того шаткое. Ни силой, ни хитростью мы здесь победить не сможем, приходится полагаться на непостижимое. Взять хоть твоего друга, Нездешнего. Он хочет убить Цу Чао, но сумеет ли он проникнуть во дворец, проложить путь сквозь сотню стражей и одолеть колдовство, которым владеет Цу Чао? Кто знает… А мы? Удержим ли мы крепость, а если нет, то найдём ли выход из неё? Быть может, нам понадобится прибегнуть к силе кристалла.
— Ты сам знаешь, шаман, что это невозможно, иначе ты давным-давно пришёл бы сюда. Никто не знает, что сгубило Древних, и только руины остались на месте их огромных некогда городов. Всё, что мы находим после них, свидетельствует о зле, алчности и о том, каким страшным оружием они владели. Даже ты содрогаешься при мысли об их деяниях. Разве не так?
Кеса-хан кивнул.
— Я странствовал по тропам времени, священник. Я знаю, что сгубило их, и в самом деле не желал бы возвращения всего этого. Они надругались над землёй и жили, как короли, среди отравленных рек, озёр и лесов… Даже воздух, которым они дышали, был отравлен. Они знали всё и ничего не понимали — за это их и постигла гибель.
— Но здесь их наследие всё ещё живёт.
— И здесь, и в других тайных местах, которые ещё не открыты.
Дардалион, встав на колени, подбросил дров в огонь.
— Как бы там ни было, кристалл надо уничтожить. Цу Чао не должен завладеть им.
— Мы спустимся к нему, когда придёт время, — кивнул Кеса-хан.
— Почему не теперь?
— Доверься мне, Дардалион. Я намного старше тебя, и я ходил по тропам, на которых твоя душа обратилась бы в пепел. Время ещё не пришло.
— Тогда скажи, что мне делать.
— Найди тихое место и отправь свой дух на поиски Нездешнего. Прикрой его, как делал когда-то, защити от волшебства Цу Чао. Дай ему шанс убить зверя.
