Неземляне полностью

– Зачем? – удивился я и посмотрел в её большие тёмные глаза. И впервые заметил в них ту печаль, о которой говорил Эцгер.

– Если мы уже не встретимся, пусть у тебя будет что-то в память обо мне.

У меня внутри всё сжалось.

– Ты о чём? Почему мы больше не увидимся?

На это она не ответила.

– Выключатель у робота сзади, на шее. Не оставляй его надолго включённым, а то съест всю твою электронику.

Марф повернулась к входу в капсулу.

– Эй, погоди! Ты меня пугаешь! – крикнул я ей в спину.

– Пока, Лан. Мне с тобой очень весело, но я должна идти.

– Стой! Куда…

Дверь за ней закрылась – я даже не успел договорить. А через секунду капсула взмыла в воздух, словно тихая ракета. С громким «БЗ-З-З» она пролетела через ограждение, замерла на миг и помчалась в центр города.

Я опустил взгляд на серебристого крикка. Его пустые глаза смотрели прямо на меня. По спине пробежали мурашки от недоброго предчувствия. В доме Айла ела разноцветные кубики и стучала пальцами по столу, отбивая ритм песни, которая, очевидно, играла у неё в голове.

– Что вообще происходит? – спросил я.

– Ничего. Всё как обычно, – ответила она с набитым ртом.

– Куда полетела Марф? И что вы делали у тебя в комнате?

– А ты что себе представил? Что мы там целовались?

Я не успел ответить на её язвительное замечание. Мне пришло сообщение от мамы:

Я быстро напечатал: «Долго рассказывать. Объясню, как вернёшься. Есть хорошая новость!» – и продолжил допрашивать сестру.

– Айла, ну что такое? Расскажи!

Она фыркнула.

– Да что с тобой? Паранойя разыгралась?

Планшет снова запищал. Я посмотрел на мамино сообщение, и душа у меня ушла в пятки.

Я подбежал к дивану и щёлкнул кнопкой пульта. Передавали что-то про постройку нового улья, которую недавно затеяло Союзное правительство.

– Что такое? – спросила Айла.

– Пока не знаю. Сейчас посмотрим.

Долго ждать не пришлось. В следующей новости показали мою школу.

– Сегодня эксперимент по иммиграции людей получил новое неприятное развитие. Ученики Междувидовой академии «Айсийи» пережили страшное потрясение во время своего дневного питания, когда человеческий отпрыск повёл себя подобно безумному чудовищу.

Видимо, у нас в столовой были камеры, потому что на экране появилось зернистое изображение того, как я запрыгиваю на табурет, словно в замедленной съёмке. Нижние лапки жури, парившего надо мной, как раз влезали в кадр, и создавалось впечатление, будто я не размахиваю руками в воздухе, а пытаюсь его схватить.

Мало того, растянутый звук восхищённого зудения жури больше походил на крики агонии.

– Лютый примитивный зверь без предупреждения напал на беззащитного отпрыска жури, пытаясь уронить того на пол.

– Всё было не так! – завопил я в экран. Мой ужас быстро перерастал в панику.

– Главный педагог «Айсийи» выразил глубочайшее потрясение в связи с этим приступом агрессии.

Они показали интервью с директором на крыльце школы.

– Это было неоправданно и жестоко, – говорил он. – Ради безопасности всех наших учеников я вынужден изменить систему охраны…

Его оборвали на половине фразы и сразу переключились на сцену из ужастика, где преступник с лезвиями вместо пальцев гонялся за вопящим подростком.

– Пока неизвестно, входит ли в новые правила безопасности запрет на посещение школы человеческими отпрысками, – заявил диктор.

– Он не это имел в виду! Он говорил про охранника! – кричал я.

– Так или иначе, визит людей на Чум может завершиться уже завтра.

Нам показали группку пожилых жури во главе с подслеповатым начальником, которые летели от капсулы к какому-то зданию.

– В ответ на агрессивные действия человеческого молодняка глава исполнительного отдела наметил срочную встречу с представителями отдела иммиграции. Встреча пройдёт поздним утром, и все согласны, что на ней должно быть принято решение об окончании эксперимента.

Айла в страхе на меня уставилась.

– Что ты натворил?!