– Это значит… – начала было объяснять Марф, но тут Айла её перебила.
– Там наши родители!
Рой был такой громадный, что сложно было сказать, вокруг чего он собрался. Я только видел, как под ним пульсирует электрический купол.
–
Айла ахнула.
– Они нападают на маму с папой!
Мы всмотрелись в экран.
– Да, это космодром, – подтвердил Эцгер. – Ручаюсь, ваши родители в ангаре под куполом. Небось, отдел иммиграции их защищает. А то бы загородку уже сняли.
– Мы должны им помочь! – воскликнул я.
– Вот почему новость потрясающая, – сказала Марф, возвращаясь к нашему разговору. – Правительство роет себе яму! Нам надо только дождаться, когда оно падёт.
– Почему ты так решила?
Марф показала на телевизор большим пухлым пальцем.
– Обрати внимание, кого здесь не хватает. Солдат! И у вашей тюрьмы их тоже не было.
– И что?
– И то! Правительство не справляется со своей единственной задачей. Традиционалисты потому и пришли к власти, что обещали покончить с собраниями недовольных. Для этого они издали приказ о подавлении эмоций. За последние двадцать лет бывало такое, что жури сбивались в рой, но государство сразу отправляло солдат. Они разгоняли протестующих и наводили порядок. А теперь правительство даже не пытается сдержать агрессию – наоборот, поощряет её! Оно так напугано, что спешит от вас избавиться. Вдруг люди вызовут у жури запрещённые чувства? Простых жителей чуть ли не умоляют на вас напасть. А ведь в самом начале они сулили совсем другое. Через день-другой толпа успокоится, вся планета придёт в ужас от того, что допустило правительство, и к власти придут новые лидеры – прямо как после трагедии с нагами.
Я сообразил, к чему она клонит, и меня бросило в холодный пот.
– Но они убьют маму с папой!
Марф болезненно поморщилась.
– Это единственный минус, и мне очень жаль…
– Надо их остановить! – закричала Айла и показала на панель управления. – Отвези нас на космодром!
– С ума сошла? – ответила Марф. – Видишь, какой там собрался рой? И он будет только разрастаться. Думаешь, те жури, которые поджидали нас у тюрьмы, мирно разошлись по домам после того, как мы сбежали? Ничего подобного. Пока доберёмся до космодрома – рой увеличится раза в два. И родителей вряд ли успеем спасти, и к себе привлечём внимание.
– Плевать! Полетели! – выпалила Айла, подбегая к панели.
– Удачи с управлением. – Эцгер хмыкнул. – Я посмотрю, как ты заведёшь двигатель.
– Неужели мы ничего не можем сделать? – спросил я.
– Можем, – сказала Марф. – Сидеть тут и ждать, пока нынешнее правительство неизбежно падёт и пустит всех людей с вашего корабля на Чум. Разве не этого вы хотели?
– Мы не будем жертвовать родителями!
– Понимаю, звучит ужасно…
– Заводи давай! – завопила Айла и шарахнула кулаком по панели.
– Куда ты собралась? – спокойно отозвалась Марф. – Навстречу верной смерти? Как мы планируем спасать ваших родителей?
Я оглянулся на телевизор. Жури буквально кипели от гнева, отчаянно бились об ограждение и больше походили не на рой крылатых существ, а на одного громадного, разъярённого зверя.
Полный антипод мечтательной танцующей толпы, очарованной музыкой Айлы. Можно сказать, версия из кошмаров.
Хм…
– А если мы повлияем на рой?
Все уставились на меня.
– Музыка сильно на них действует, так? Поэтому правительство её боится. Мы можем сыграть для жури что-нибудь приятное и успокаивающее, чтобы их злоба перешла в нечто более… позитивное. Это же возможно?
Марф молчала.
– Возможно же? – повторил я.
Тяжёлый вздох огромной ороро отдался глухим рокотом.
– Да. Сложно сказать. Мы же ещё не пробовали. И ты хоть представляешь, насколько это опасно? Нам придётся подлететь очень близко, чтобы они услышали музыку за своими криками. И космодром – это вам не тюрьма. В нём есть система защиты от воздушных атак. Боюсь, нас попытаются подстрелить, если мы туда заявимся.
– Попытаются или подстрелят? Твоя роскошная капсула не выстоит?
– Не знаю. Не уверена. Да я даже не уверена, что план сработает! Если останемся здесь и переждём, старое правительство падёт…
– А наши родители умрут! – закончила за неё Айла.
– И мы вместе с ними, если сейчас полетим на космодром! – рявкнула Марф. Я ещё не слышал, чтобы её голос звучал так громко и высоко. – Это слишком рискованно!
– Без обид, ребят, но ведёте вы себя глупо, – вставил Эцгер.
– А если бы это были твои родители? – спросил я.
Он пожал плечами.
– Ну, крикки не больно-то нежные. Мои родители только рассердились бы, задумай я их спасти при таком раскладе.
Я повернулся к Марф.
– А твои?
Она снова вздохнула – на этот раз так тяжело, что у неё всё тело содрогнулось. И шагнула к небольшой кладовой.
– Ну же! – вопила Айла.
– Хватит на меня кричать, – одёрнула её Марф. – Этим делу не поможешь.
