Снаружи на крыльце скрипнула ступенька. Мамочки! Марион вздрогнула, развернулась к двери и застыла, умирая от страха, по спине потёк холодный липкий пот. Может, просто почудилось? Нервы были напряжены до предела. Она вглядывалась в дверь, словно надеялась увидеть сквозь неё. Там же никого нет, ведь правда?
И снова скрипнула доска под чьим-то весом — теперь уже наверху крыльца.
------------------
[1] Произведения Стивена Кинга. По обоим были сняты фильмы. В первом за людьми вдруг начинают охотиться автомобили, передвигающиеся без водителей. Второй тоже про машину-убийцу.
Марион попятилась — как будто несколько шагов могли что-то решить в столкновении с огромным хищником.
Но дверь не разлетелась на части, не сорвалась с петель. Засов тихо отъехал в сторону словно бы сам по себе.
Дверь отворилась, и в дом вошёл высокий брюнет с кудрявыми волосами почти до пояса. Кордмир.
От радости, что это не медведь, Марион чуть не кинулась магу на шею. Хорошо, что всё-таки сдержала безумный порыв — он бы понял его, как пить дать, неправильно.
— Не спишь? — улыбнулся мужчина несколько удивлённо, словно до этого был уверен в обратном.
— Не сплю, — буркнула девушка. Радость оттого, что не зверь ворвался в дом, прошла. А вот напугал её Кордмир здорово. — Зачем ты подкрался, будто вор?!
— Так не хотел тебя разбудить.
Надо же, какая забота! Зато, что её могут тут сожрать в любой момент, нисколько не волнует!
— А если бы вперёд тебя это сделал тот милый медведь с двойными рядами зубов?! — всё-таки бросила она упрёк.
Кордмир лишь усмехнулся и прошёл на кухню.
В руках он держал корзинку, прикрытую чистой тряпицей. Марион заметила её почти сразу, и сейчас в ней окрепла надежда, что внутри находится еда. Девушка тоже двинулась в кухню.
Мужчина действительно выгружал из корзинки на стол продукты.
— Проголодалась? — он посмотрел лукаво.
У Марион чуть слюнки не потекли при виде горшочков с чем-то мясным и черничного пирога. Она не то что проголодалась, а давным-давно оголодала — почти как медведь после зимней спячки. Двое суток маковой росинки во рту не было! А может, и больше — кто знает, сколько она проспала на самом деле.
Девушка села за стол. Кордмир пододвинул к ней один из двух горшочков и вручил ложку из незнакомого металла.
«Надо же, а еда у них тут совсем как в английской таверне!» — поразилась она про себя, резво принявшись за блюдо.
— Насчет хищников не переживай, — вернулся-таки к теме Кордмир. — Участок окружён защитой, никто из них сюда не пройдет. Равно как и ты не выйдешь отсюда, — добавил он с явной ехидцей.
Марион едва не выронила ложку. Аппетит моментом исчез, и она весьма сомневалась, что он теперь вернётся хоть когда-нибудь. То есть шансов сбежать у неё абсолютно никаких, даже если решится рискнуть жизнью.
Она посмотрела на похитителя. Чёрные глаза смеялись. Но это было никак не доброе веселье. Злорадство чистой воды.
— Ты ешь. Остынет — подогревать не стану, — предупредил он.
— Спасибо, я наелась, — тихо произнесла девушка, уткнувшись взглядом в горшочек. В горле стоял ком размером с грецкий орех, вряд ли она смогла бы проглотить хоть что-нибудь, даже если бы захотела.
Кордмир улыбнулся как-то подозрительно хитро. Сейчас сообщит какую-нибудь новую гадость о реалиях её плена?
— Тогда пойдем в постель?
Марион дёрнулась всем телом как от удара хлыстом.
— Нет! — вскрикнула она. — Пожалуй, я поем ещё.
Маг негромко рассмеялся, но остался за столом.
Как ни странно, способность принимать пищу вернулась к ней мгновенно. Она, правда, больше не ощущала вкуса еды, но в горло та проходила вполне успешно.
— Ты так и не сказал, зачем тебе перстень Дэрэлла, — вспомнила Марион, принимаясь за черничный пирог.
Однако Кордмир вновь промолчал в ответ.
— С чего ты взял, что станешь королём, даже если убьёшь Сурована? — попыталась она завести разговор хоть на какую-то тему. Пирог скоро закончится, это единственная возможность отвлечь его от постельных мыслей. Надежда, конечно, слабая, скорее призрачная, но страшное всегда хочется по меньшей мере отсрочить. Да и в любом случае вызнать его планы полезно. — Разве у тебя есть права на трон?
— Конечно, есть. Право сильного. Мы это уже обсуждали, — самодовольно заявил Кордмир. В чёрных глазах блеснул какой-то странный огонёк. — Дело даже не в троне. У меня будет собственная игрушечная планета.
— В смысле — игрушечная? — не поняла Марион. Но сердце уже забилось в предчувствие чего-то очень нехорошего.
— В прямом, — его взгляд стал жёстким, безжалостным — как у палача на эшафоте. — Планета, которая окажется в моей абсолютной власти. Где законом будет лишь моя воля — что бы мне ни взбрело в голову. Где никто не станет досаждать мне речами об ответственности и никто не призовёт к ответу! Одним словом, моя и только моя планета-игрушка. Ни у кого такого нет, а у меня будет!
