Теперь он едет прямо позади меня, и когда я почти внизу, он держится рядом. Из-за Такера я нервничаю так сильно, что пару раз почти падаю, но при мысли о том, как унизительно будет так облажаться перед ним, я держусь на ногах. Когда мы оказываемся внизу, он говорит, что нужно повторить спуск еще раз, но теперь в параллельном стиле, что нравится мне гораздо больше. Это более грациозно, и гораздо веселее.
- Я веду эти занятия уже два года, - говорит он, когда мы спускаемся со склона в пятый раз. – И ты первая, кто за целый час ни разу не упал.
- У меня хорошее чувство равновесия,- объясняю я.- Я раньше танцевала. В Калифорнии. Балет.
Он смотрит на меня, сузив глаза, словно пытается понять зачем мне врать о чем-то подобном, если только я не пытаюсь выпендриться. Или он оказался в тупике при мысли, что какая-то калифорнийская яппи может быть хороша в чем-то кроме шоппинга.
- Ну что ж…- резко говорит он. - Занятие окончено.
Он поворачивается в сторону домиков.
- И что мне теперь делать? – окликаю я его.
- Попробуй подъемник, - бросил он, и укатился.
Некоторое время я стою перед подъемником для начинающих и смотрю на людей, садящихся в него. Это выглядит несложно. Нужно только правильно рассчитать время. Хорошо, если бы Такер не был таким придурком. Было бы неплохо получить хоть какие-то инструкции на этот счет.
Я решаю попробовать. Становлюсь в очередь. Когда она подходит, служащий пробивает дырочку в моем билете.
- Вы одна? – спрашивает он.
- Да.
- Одна! У нас здесь одиночка! – кричит он через всю очередь.
Так унизительно. Внезапно я жалею, что не надела шапку.
- Окей, - говорит работник, махая кому-то впереди рукой. Когда он жестом показывает на меня, я подхожу к линии, вычерченной на снегу, устанавливаю мои лыжи, смотрю через плечо и нервно наблюдаю за тем, как подъезжает сидение. Оно больно ударяет меня по ногам. Я сажусь, и сиденье поднимает меня в воздух. Затем оно быстро устремляется вверх, в гору, слегка покачиваясь. Я с облегчением вздыхаю.
- Так плохо, да?
Я поворачиваюсь, чтобы увидеть рядом с кем сижу. И воздух мгновенно оставляет меня.
Я на подъемнике с Кристианом Прескоттом.
- Привет, - говорю я.
- Привет, Клара, - отвечает он.
Он помнит мое имя. Это просто мечта. Глупая, глупая мечта.
- Неплохой день для катания на лыжах, правда? – говорит он.
- Да, – сердце отбивает сумасшедший ритм в моих ушах. На подъемнике он выглядит как дома. В своей древесно-зеленой лыжной куртке и черных штанах, черной шапке с очками, поднятыми вверх, и чем-то вроде пушистого шарфа, он выглядит точно модель с постера, рекламирующего зимние виды спорта. Его глаза потрясающе смотрятся на фоне куртки, глубокого изумрудного цвета. Он так близко, что я могу ощущать жар, исходящий от него.
- Мы виделись в «Пицца Хат» недавно, верно? – спрашивает он.
Нужно же было про это вспомнить. Жар приливает к моему лицу. Он может прямо сейчас смотреть на мои волосы и думать про себя – Бозо, клоун Бозо. Ну почему я не надела эту дурацкую шапку на мои дурацкие волосы?
- Да, может быть, - запинаюсь я. – То есть я была там, и ты, может быть, видел меня. Думаю, ты видел меня, да? Я-то видела тебя.
- Тебе нужно было подойти и поздороваться.
- Может быть, нужно, – я смотрю на землю, мелькающую под нами, стараясь найти тему для разговора. На нем стильные черные лыжи, чуть изогнутые, и мало похожие на мои.
- Ты не катаешься на сноуборде? – спрашиваю я.
- Я умею, - отвечает он. – Но больше люблю лыжи. Я в команде по лыжным гонкам. Не хочешь «Jolly Rancher» [20]?
- Что?
Он подсовывает лыжные палки под свои бедра и снимает перчатки. Затем открывает карман куртки, просовывает туда руку и достает полную горсть леденцов.
У меня неожиданно пересыхает во рту.
- Конечно, я не против одного.
- Огненный красный или вишневый?
- Огненный красный, - отвечаю я.
Он разворачивает леденец и отправляет его себе в рот. Затем берет еще один для меня. Но я даже не могу взять его в своих тяжелых перчатках.
- Секундочку, - говорит он и наклоняется ближе ко мне. Я стараюсь отбросить волосы со своего лица.
- Открывай, - говорит он, держа конфету.
Я открываю рот. Очень осторожно, он кладет леденец на мой язык. Наши глаза на мгновение встречаются. Когда я закрываю рот, он отклоняется обратно к спинке сидения.
- Спасибо, - говорю я с конфетой во рту. Я кашляю. Леденец неожиданно оказывается горячим. Я думаю о том, что нужно было попросить вишневый.
- Всегда пожалуйста, - он снова надевает перчатки.
- Так ты тренируешься каждые выходные, раз ты в команде по гонкам? – спрашиваю я.
- Я прихожу сюда по выходным, чтобы покататься просто для удовольствия, и иногда на гонки, если они проходят здесь. В течение недели я тренируюсь по ночам в «Снежном Короле».
- Вау, ты катаешься ночью?
Он засмеялся.
- Точно. У них вдоль трас установлено освещение. Мне нравится кататься по ночам, вообще-то. Не так людно. Тихо. Можешь видеть огни города. Это красиво.
- Звучит красиво.
