Некоторое время мы оба ничего не говорим. Он осторожно постукивает свои лыжи друг об друга, заставляя снег с них осыпаться вниз, на склон под нами. Это так сюрреалистично, висеть с ним в воздухе между небом и землей, видеть его так близко, слышать его голос.
- «Снежный Король» находится непосредственно в Джексон Холе? – спрашиваю я.
- Да. Там всего пять трасс, но это хороший склон для практики. И когда мы соревнуемся в Чемпионате Штата, ребята из школы могут наблюдать за нами прямо с парковки.
Я почти готова сказать, что тоже хочу посмотреть на него на соревнованиях, но тут замечаю, что наше сидение уже почти достигло смотрового домика, расположенного на боковой поверхности горы, и люди начинают спускаться с подъемника вниз.
- О, черт…
- Что? – спрашивает Кристиан.
- Я не знаю, как спуститься с подъемника.
- Ты не…
- Это мой первый день на лыжах, - говорю я с все нарастающей паникой. Домик все ближе и ближе. – Что я должна делать?
- Приподними концы лыж чуть вверх, - быстро отвечает он. - Мы поднимемся на холм. Когда поверхность выровняется, вставай и отъезжай в сторону. Это нужно сделать довольно быстро, чтобы тебя не сбили те, кто позади нас.
- Боже… Не думаю, что все это было хорошей идеей.
- Расслабься, - говорит он. – Я помогу.
Сидение всего в нескольких секундах от смотрового домика. Каждая мышца в моем теле напряжена до предела.
- Бери палки, - инструктирует он.
- Приподнимай концы лыж, - говорит Кристиан.
Я поднимаю лыжи. Мы достигаем снежной насыпи и, как он и сказал, оказываемся на уровне земли.
- Вставай! – приказывает Кристиан.
Я сражаюсь с собственными ногами. Сидение бьет меня по ногам, подталкивая вперед.
- Теперь просто отъезжай в сторону, - говорит он, уже отъехав влево. Я пытаюсь последовать за ним, упираясь палками в снег и отталкиваясь со всей силы. Слишком поздно я осознаю, что он имел в виду, что я должна отъезжать направо, тогда как он направится налево. Он поворачивается, чтобы проверить, как мои дела как раз тогда, когда я уже мчусь на него, полностью потеряв равновесие. Мои лыжи наезжают на него. Я поскальзываюсь и одной рукой вцепляюсь в его плечо.
- А-а-а! – вскрикивает он, стараясь удержаться на ногах, но нет никаких шансов. Мы скользим по дорожке, а потом просто падаем.
- Мне так жаль…- говорю я. Я лежу на Кристиане, лицом вниз. Мой огненный красный «Jolly Racher» лежит в снегу, рядом с его головой. Его шапка и очки куда-то подевались. Мои лыжи слетели с ног, и палок нет. Я пытаюсь подняться с него, но ничего не выходит.
- Постой-ка, - говорит он твердо.
Я перестаю двигаться. Он обхватывает меня руками и перекатывает на другую сторону. Затем он наклоняется вниз, вынимает лыжи, которые все еще прижаты моей ногой, и скатывается с меня. Я лежу на спине в снегу, желая выкопать в нем яму и провалиться в нее до конца учебного года. Может даже навсегда. Я закрываю глаза.
- С тобой все в порядке?
Я открываю глаза. Он наклонился ко мне, приблизив свое лицо к моему. Я могу ощущать его дыхание с запахом вишневого леденца. За ним облако проплывает мимо солнца, а небо неожиданно яркое. Я внезапно понимаю, что в этот момент ощущаю все вокруг: как мое сердце гонит кровь по венам, как снег медленно тает под моим телом, как иголки на деревьях трепещут от ветра, я чувствую смесь ароматов сосен и парфюма Кристиана, и чего-то, что может быть воском для лыж, слышу грохот кресел подъемника.
И Кристиан, с копной волос, со смеющимися глазами, на расстоянии вздоха от меня.
Сейчас я не думаю о пожаре, или моем предназначении. Не думаю о том, как спасти его. Единственная моя мысль, каково это будет, поцеловать его?
- Я в порядке.
- Подожди, – он отбрасывает прядь волос с моего лица, его голая ладонь прикасается к моей щеке. – Это было весело, - говорит он. – Не делал этого уже некоторое время.
Сначала я думаю, что он имеет в виду мои волосы, но тут же понимаю, что он про падение.
- Думаю, мне надо потренироваться со спуском с этого подъемника, - говорю я.
Он помогает мне сесть.
- Может быть немного, - говорит он. – Для первого раза ты здорово держалась. Если бы я не стоял на твоем пути, ты наверняка бы спустилась с горы сама.
- Точно. То есть проблема была в тебе.
- Наверняка, - он взглянул на парня, стоящего на смотровой площадке, который говорил по телефону, возможно вызывая лыжную полицию, чтобы меня сняли с горы.
- С ней все хорошо, Джим, - крикнул Кристиан ему. Затем он находит мои лыжи и палки, которые на удачу оказались не слишком далеко.
- Ты была в шапке? – спрашивает он, найдя свою шапку и надевая ее обратно на голову, и водружает на нее очки. Я качаю головой, после чего встаю и касаюсь своих волос, которые снова освободились от резинки и крупными прядями падают на мои плечи, припорошенные снегом.
- Нет, - отвечаю я. – Я, нет, на мне не было шапки.
