Я начинаю неуклюже забираться наверх. Умудряюсь при этом содрать кожу на колене и получаю занозу в ладонь, но не жалуюсь. Последнее, чего мне хотелось бы, чтобы Такер Эвери подумал, что я малявка. Вдруг ладонь Такера появляется перед моим лицом, я хватаю ее, и он подтягивает меня на верхние ветки.
Отсюда мы можем видеть реку далеко вперед. Я ищу участки, на которых течение выравнивается или затихает, но их просто нет. Передо мной Такер обхватывает канат, который выглядит эластичным, как канат для банджи-джампинга [59]. Он поворачивает лицо к солнцу и на минуту закрывает глаза.
- Они называют это террассой - говорит он.
- Это, в смысле, где мы стоим? Площадку на вершине дерева?
- Ага, - он открывает глаза. Я стою достаточно близко, чтобы увидеть, как его зрачки сокращаются от солнечного света.
- Отсюда, видимо, и знак частная собственность, - говорю я, поворачиваясь, чтобы осмотреть дорогу внизу.
- Думаю, владелец сейчас живет в Калифорнии, - говорит Такер, гримасничая.
- Ура нам, но мне не хочется, чтобы меня пристрелили в семнадцатый день рождения.
- Нет. – Такер еще раз проверяет веревку. Его колени чуть сгибаются. – Ты просто промокнешь, – говорит он и спрыгивает с дерева.
Канат стремительно летит к воде под углом. Такер отпускает его и вскрикивает, обрушиваясь в воду. Канат по инерции летит в обратном направлении, и я нагибаюсь вперед и хватаю его, все еще глядя вниз, где голова Такера высовывается из воды. Он поворачивается ко мне и машет рукой, пока течение относит его вниз по реке.
- Давай! – кричит он. – Тебе понравится!
Я делаю глубокий вдох, сжимаю канат покрепче в своих ладонях и прыгаю.
Невероятно, какова разница между падением и полетом, а я уже успела повидать немало и того, и другого. Канат кренится к реке и вытягивается под тяжестью моего тела. Я сжимаю зубы, пытаясь не вызвать крылья, но желание полететь так сильно. А потом я кричу и отпускаю веревку, потому что знаю, что если не сделаю этого, то она снова отнесет меня к дереву, и я врежусь в него.
Вода такая холодная, что из меня разом вышибает весь дух. Я выныриваю на поверхность и кашляю. Около минуты я не знаю, что делать. Я хорошая пловчиха, но не идеальная. Большей частью я плавала в бассейнах и на пляжах тихоокеанского побережья. Ничто не могло подготовить меня к тому, что река захватит меня и начнет швырять из стороны в сторону. Я снова набираю полный рот воды. На вкус она, как смесь грязи и льда, и чего-то еще, что мне не удается идентифицировать, чего-то минерального. Я всплываю, отплевываясь, а затем начинаю двигаться к берегу, пока река не унесла меня вниз по течению, где никто меня никогда не разыщет. Я не вижу Такера. Паника нарастает в моем горле. Перед моими глазами возникает репортаж в новостях, печальные лица мамы, Анжелы, Венди, когда она осознает, что все это было ее виной.
Чья-то рука обвивается вокруг моего запястья. Я оборачиваюсь и почти сталкиваюсь головой с Такером. Его захват становится еще крепче, и он тянет меня за собой к берегу. Он сильный пловец. Все эти накачанные мускулы на руках, кажется, действительно помогают. А я не могу сделать ничего лучше, чем повиснуть на его плечах и направлять ноги в правильном направлении. И вот мы уже стараемся отдышаться на берегу. Я падаю на спину и смотрю на проплывающее пушистое облако.
- Что ж, - говорит Такер. – А ты смелая.
Я бросаю на него взгляд. С его волос стекает вода, падает на его шею, а потом я снова возвращаюсь к его глазам, которые выглядят невероятно синими и наполнены смехом. Мне хочется прибить его.
- Это было глупо. Мы оба могли утонуть.
- Неа, - отвечает он. – Река сейчас не настолько быстрая. Я видел ее гораздо хуже.
Я сажусь и разглядываю реку вплоть до дерева, которое выглядит сейчас, будто находится на расстоянии полумили.
- Полагаю, следующий шаг - снова забраться на дерево.
Такер посмеивается над раздражением в моем голосе. – Ага.
- Босиком.
- Здесь много песка, все не так плохо. Ты замерзла? - спрашивает он, и перед моими глазами на мгновение вспыхивает сцена, в которой он с удовольствием обнимает меня, если мне действительно холодно. Но я не замерзла, не сейчас, когда ярко светит солнце и вода почти испаряется с моей кожи. Просто немного влажно и зябко. Я стараюсь не думать о том, что Такер так близко, с его обнаженной грудью, пышущий жаром, в то время как я сижу здесь, одетая лишь в два кусочка ткани, и с животом, покрытым гусиным кожей..
Я встаю и начинаю идти к берегу. Такер подскакивает и идет рядом со мной.
- Прости, - говорит он. – Наверное, я должен был предупредить тебя, что река такая быстрая.
- Наверное, - соглашаюсь я, но я устала обижаться на Такера, когда, между прочим, именно он пришел мне на помощь на танцах. Я забыла об этом. И он сейчас здесь. – Все нормально.
- Хочешь попробовать еще раз? – спрашивает он, ямочка снова появляется, когда он улыбается мне. – Во второй раз это гораздо проще.
- Ты действительно хочешь меня убить, - я недоверчиво трясу головой. – Ты сумасшедший.
