— Сегодня Римус обучал нас нескольким интересным заклятиям, — почти в один голос сказали Гермиона и Гарри. Фыркнув, я решил оставить ребят, чтобы побыстрее закончить свою важную миссию. Но то о чем однажды забыл я, не забыло меня. Боггарт просочился сквозь щели в доспехах воина, уверенно сформировавшись в дементора. Уныние и страх довольно быстро охватило всех ребят, питая существо. Воспользовавшись заклятием патронуса, я загнал боггарта обратно в доспехи, как раз к тому моменту, как Люпин подбежал к нам. Было довольно забавно смотреть, как серебристая ласточка пикировала на лже-дементора, такая сильная, а такая маленькая.
— Ребята как вы? — Люпин внимательно осмотрел их, и не менее внимательно взглянул на меня. — Каким образом дементор мог оказаться в школе? — тихо бормотал он, скорее для себя, чем мне.
— Это боггарт. Думаю, сможешь провести еще парочку интересных занятий для учеников, — указав на доспехи, произнес я. Римус был удивлен, не каждый день узнаешь, что страх твоего крестника — это дементоры.
— В таком случае его лучше отнести в мой кабинет, — быстро справившись с шоком, Люпин поднял доспехи в воздух и поторопился прочь из коридора. — Джаспер, зайди ко мне вечером, — крикнул он, уже почти скрывшись за поворотом.
— Что это было? Такое чувство, что из меня выкачали всю радость, — зябко потирая руки, сказал Гарри.
— Не все боятся собак, братец. Вам лучше поспешить на обед и выпить по кружечке горячего шоколада, — согласно закивав, ребята посеменил прочь. Гермиона несколько раз обернулась, чтобы взглянуть на меня. Думаю со своей нездоровой любовью к книгам, она уже выяснила, кто такие дементоры и скоро вся их компания будет о них знать. Как же я мог забыть, что выпустил боггарта из его укрытия и не уничтожил.
Оставив решение этой проблемы на потом, я добрался до выручай-комнаты и после нескольких часом поисков нашел диадему. Позвав Кричера, попросил отнести диадему в поместье и положить к дневнику в сейфе моего кабинета. К моменту, когда я вышел из волшебной комнаты, уже было время ужина, так что я решил сразу же пойти к Римусу. Крестный проверял работы третьекурсников, когда я зашел в его кабинет.
— Хорошо, что ты пришел, Джаспер, а то скоро я бы сошел с ума от всех тех глупостей, что написаны в сочинениях, — рассмеялся Люпин, откладывая работы подальше.
— Ты же хотел поговорить, — вся беда в том, что я говорить на тему своего недостраха вообще никогда и ни с кем не хотел. Такой уж я особенный человек.
— Это очень необычно, что при виде тебя боггарт принимает вид дементора, — очень серьезно заметил Римус, внимательно наблюдая за мной. Казалось, что моргни я сейчас на пару миллисекунд медленнее, чем обычно, и Люпин обо всем догадается.
— Страхи у всех людей разные, — невозмутимо заметил я, твердо выдержав настойчивый взгляд крестного.
— Верно, — медленно протянул он. — Кто научил тебя заклятию Патронуса?
— Оно показалось мне интересным, и я выучил его. Это всего лишь заклятие, — попытался отшутиться я. Не признаваться же в том, что это он учил меня заклятию Патронуса в прошлой жизни, которую я благополучно профукал, и в наказание получил еще один шанс прожить то же самое.
— Это здорово, — радостно сказал Люпин и предложил мне чаю. Больше мы не касались щекотливых вопросов, но, кажется мне, что Римус замечает, анализирует и выясняет куда больше, чем все остальные, общающиеся со мной волшебники.
До конца учебного года оставалось не так уж и много времени, так что я решил больше не влипать ни в какие ситуации, которые привлекли бы ко мне излишнее внимание. Достаточно того, что я пару недель ходил по всей школе раскрашенный как папуас, а потом еще пару недель по школе курсировали слухи о том, что я боюсь дементоров и умею вызывать патронуса. Правда, мое искреннее желание быть пай-мальчиков привлекло внимание Гарри. Я стал часто замечать, что он пытается пробраться в мои мысли незамеченным. Это раздражало, потому что у Гарри не получалось быть незаметным и чаще всего приводило к головной боли у меня и у него. Но мелкий паршивец не оставлял попыток и стал изучать книги об оклюменции и легилемеции. Нездоровая любовь Гермионы к книгам и библиотеке, наконец, сыграла для меня злую шутку. Поэтому мне в свою очередь пришлось обновить свои знания по этим предметам. Не слишком хотелось, что бы однажды ночью Гарри проник ко мне в голову и увидел всю свою жизнь, как в ярком художественном фильме из восьми частей.
К счастью, через несколько недель начались экзамены, Гарри пришлось оставить свое домашнее обучение до лучших времен. Я же в свою очередь написал Себастьяну, чтобы выяснить, не сможет ли он мне помочь с этой проблемой. Ответ Себа был весьма пространственным, но он пообещал подумать. Зная, каким нестандартным мышлением обладает мой горячо любимый дядя, я мог быть уверен, что он что-нибудь придумает, но его гениальное решение мне точно не понравится.
