— Постой-ка, — перебил его Игнат. — Погляди лучше сюда.
Он присел на корточки и принялся разбирать наваленные доски и щепы. Эрнест между тем вытряхивал тулуп от попавшей за ворот пыли, а потому на парня не посмотрел, только буркнул весело:
— Что там, очередная гнилушка или письмо из прошлого?
— Нет, — ответил Игнат. — Это люк.
Вернее, это был не люк даже, а прямоугольное широкое отверстие в стене, на уровне чуть выше щиколотки, прикрытое решеткой. Эрнест подошел, присел рядом.
— Я гляжу, тебя черт не просто охраняет, а за руку ведет, — хрипло проговорил он. — Ведь сколько раз мимо ходил, а никакой решетки здесь не было. Значит, нечистый мне глаза отводил, голову морочил. А тебе открылся.
"Водка тебе глаза отводила", — подумал Игнат.
Он опасливо заглянул в решетку, подсветил фонариком: в тонкой дорожке света пылинки кружились и оседали снежной крупой. Луч уперся в квадратные бока тоннеля. На одной из сторон виднелись уже знакомые Игнату железные скобы.
— Похоже на трубу воздуховода, — сказал Эрнест. — Сейчас посмотрим, не эту ли дверцу наш ключик открывает.
Он придирчиво осмотрел поверхность решетки, ковырнул струпья ржавчины и покачал головой.
— Нет здесь никакого замка.
— Значит, попробуем открыть так, — ответил Игнат и подцепил решетку пальцами.
— Сейчас помогу, — Эрнест подобрал валяющийся неподалеку железный прут, просунул в щель и налег на него, как на рычаг. — Теперь тяни.
Игнат дернул. Еще. И еще…
С натужным грохотом и лязгом решетка откинулась, загрохотала по бетонным плитам пола. Из распахнутого зева тотчас потянуло сыростью и гнилью.
"Как из раскрытой могилы", — подумалось Игнату.
— То-то я и думал, неспроста сквозняк гуляет… — пробормотал Эрнест. Он отбросил в сторону прут и теперь, вытянув шею, смотрел через плечо Игната в разверстую утробу тоннеля. — Протиснемся?
— Должны, — рассеянно ответил Игнат и добавил задумчиво. — Раз скобы приварены, значит, кто-то эти тоннели обслуживал. А если это и вправду воздуховод, то выход на поверхность должен быть не один.
— Правду говоришь, — поддакнул Эрнест. — Может, и еще где-то под завалами подобные люки скрыты. Может, находил их кто-то до нас…
— Может, — эхом отозвался Игнат и вопросительно поглядел на Эрнеста.
Тот усмехнулся немного нервно, сказал:
— Так уж и быть. Полезу первым.
Зажал фонарик в зубах и, перевернувшись на спину, руками ухватился за верхний край, а затем ловко протиснулся в тоннель. Послышался призрачный:
"Сквозняк", — подумал Игнат.
И полез следом.
Комплекцией он был плотнее Эрнеста, а ватный тулуп только прибавлял объема, поэтому Игнат обтер боками все ржавые стены тоннеля. Тот плавно шел на снижении и, наконец, оборвался почти отвесной и непроглядной бездной. Только белое пятно Эрнестова фонарика, маячившее внизу, будто отросток глубоководного удильщика, манил в потаенные глубины и говорил о том, что и там, на дне, есть жизнь.
— Здесь тоже решетка, — донесся снизу голос Эрнеста.
— Можно открыть? — спросил Игнат.
— Попробую.
Послышались гулкие удары, как если бы кто-то бил сапогом о железные прутья. Затем раздался оглушительный грохот и отборная матерная ругань. Игнат заторопился, принялся ловчее перебирать руками и ногами и вскоре нащупал под собой не очередные скобы, а только пустоту. Протиснувшись в отверстие, он спрыгнул на пол и снова зажег фонарик. И сразу же увидел согнутого в три погибели Эрнеста, потирающего то отбитый копчик, то ушибленное колено.
— В следующий раз сам первым полезешь, — буркнул тот. — Зад у меня не казенный, в этих местах мне еще бывать не приходилось, а с тобой не в одну, так в другую историю обязательно вляпаешься.
Игнат не стал спорить, промолчал и обвел фонариком помещение — небольшое и квадратное, с прямоугольными железными шкафами вдоль стен. Эрнест подошел к одному, поддел пальцами покосившуюся дверку — та сразу же поддалась с визгливым скрипом. Внутри оказалось нагромождение щитков и проводов.
— Трансформаторная подстанция, — прокомментировал Эрнест. — Таких и наверху полно. Да только проку никакого.
Он несколько раз пощелкал тумблерами, но ничего не случилось.
"Уж не ошибся ли изгнанный из пекла черт? — с разочарованием подумал Игнат. — Никаких тебе чудес: ни мертвой воды, ни тайников. Лишь труха и запустение".
— Ладно, идем дальше, — словно прочитав его мысли, сказал Эрнест и двинулся к выходу. — Посмотрим, будет ли применение нашему ключику на этом ярусе.
