Усмехнувшись, он нехотя побрел доить корову, которая была привязана к фургону Бодвинов. Он взял ведро и стул и уже собирался приступить к делу, но тут увидел, что к фургонам бежит Франсуа, а за ним его младший брат.
— Брианна! Брианна!
Брианна и Лилит отвлеклись от очага, когда мальчики подбежали к отцу, который стоял рядом с Коламбусом. Мальчишки вспотели от быстрого бега и были явно чем-то взволнованы.
— Что случилось, парни? — спросил Марк.
Жан Луи разрыдался и бросился к матери.
— Кто-то убил его, мама, а потом повесил на дереве.
— Кого убил, Жан Луи?
Мальчик посмотрел на Брианну и махнул рукой в сторону реки.
— Шекспира.
Брианна вся похолодела от ужаса и не могла сдвинуться с места. Потом она громко застонала, прижав руки к лицу, и бросилась к реке. «Нет, — молилась она, — это не Шекспир, это не может быть мой Шекспир!»
Она увидела, что возле старого тополя, стоявшего на берегу реки, собрались дети и, подняв головы, смотрели вверх. Брианна подбежала к ним. Все дети знали Шекспира и часто играли с ним. Некоторым из них Брианна давала уроки чтения и письма, другие приходили просто для того, чтобы поиграть с котом. Дочь Гудменов, Фанни, подбежала к ней. Она смотрела на Брианну и плакала.
— Миссис Виллард, о миссис Виллард, это ужасно! Почему люди делают такие ужасные вещи?
Брианна обняла Фанни, а девочка ухватилась за ее юбку. Брианна с трудом передвигала ноги и, не отрываясь, смотрела на какой-то серый предмет, который висел, раскачиваясь на ветру, на сухой ветке дерева.
Дети расступились, давая возможность Брианне подойти к дереву. Она смотрела на безжизненное тело Шекспира. Глаза кота были открыты, теперь они стали какими-то бесцветными. Его лапы вытянулись вниз, а хвост просто безвольно болтался. Она легко могла дотянуться до него, однако руки почему-то не слушались ее.
Коламбус молча перерезал веревку, на которой висел Шекспир, и положил его маленькое тельце на руки Брианне. Она уткнулась лицом в мягкую шерстку кота. Потом она медленно опустилась на колени. Прижав кота к груди, она раскачивалась из стороны в сторону и горько рыдала.
Фанни и Жан Луи стояли рядом с ней. Франсуа шмыгал носом и тер глаза. У Ная комок подступил к горлу. Он попросил детей найти какой-нибудь кусок ткани для того, чтобы можно было завернуть в нее кота, а затем похоронить его. Марк пошел за лопатой.
Когда яма была уже готова, Най поднял Брианну и осторожно взял у нее из рук тельце кота. Он завернул его в кусок грубого полотна и положил на дно ямы. Брианна бросила в нее горсть земли и опустилась на колени. Когда она снова поднялась на ноги, к ней подошла Лилит и обняла ее за плечи. Так они и стояли, пока Най закапывал могилу. Марк нашел большой камень и положил его на могильный холмик для того, чтобы волки не разрыли могилу. Дети же украсили ее цветами.
Постепенно все разошлись. Бодвины забрали детей и пошли в лагерь. Возле могилы остались только Най и Брианна. Она печально смотрела на холмик свежей земли.
Най еле сдерживал ярость. Кот, конечно, постоянно путался под ногами, но он уже привык к нему. Ему даже нравилось с ним играть. Однако дело не в этом. Брианна любила Шекспира так, будто он был ее ребенком или лучшим другом. Най поклялся себе, что жестоко накажет того, кто это сделал, и не успокоится, пока не найдет этого негодяя.
Брианна и Кол вернулись в лагерь. После завтрака Лилит посоветовала Брианне немного поспать.
— Это правильно, — сказал Най — ему нужно было поговорить с ней наедине. — Прошлой ночью вы почти не спали. Шел дождь, вы беспокоились из-за того, что я долго не возвращался, ну и всякое такое. Мы с Марком поможем Лилит помыть посуду.
Брианна посмотрела на сыновей Бодвинов. Они сидели на краю фургона и бросали в траву камешки. Вид у обоих был понурый.
— Хорошо, — сказал Брианна. — Только, пожалуйста, возьмите мальчиков с собой на охоту, как вы и планировали. Это их развлечет немного, да к тому же и мясо у нас уже заканчивается.
Брианна забралась в фургон и села на свое ложе. Най сел рядом с ней и снял свои мокасины. Она глубоко задумалась. Было видно, что ее что-то мучило помимо смерти кота. Он не хотел оставлять ее одну в таком состоянии.
Когда она наконец заговорила, ее голос дрожал от ненависти.
— Это сделал Баррет, Кол. Я бы его убила собственными руками. Я бы затянула петлю на его шее и повесила так, как он… — она замолчала, но, собравшись с духом, закончила: — Как он это сделал с Шекспиром.
— О Бри! — воскликнул Най и обнял ее. — Прошу тебя, успокойся. Это сделал не Баррет.
Она удивленно посмотрела на него.
— Я вчера кое-где был, — объяснил ей Най. — Я нашел его. Насколько я могу судить, он вполне здоров и даже начал волочиться за дочерью того несчастного, который приволок его к себе домой тогда, после дождя. Потом Баррет сбежал оттуда. Я видел, что он с каким-то мужчиной разбил лагерь неподалеку от стоянки нашего каравана. Они бы просто не смогли пробраться незамеченными в наш лагерь.
