Вероника хлопотала по хозяйству, а дочь сидела во дворе с подругой Марианной Элья. В окно женщина видела, как девушки, сидя рядышком на скамейке, оживленно болтали о каких-то своих проблемах.
Марианна училась с дочерью в одном классе. Веронике не очень-то нравилась эта высокая, рыжая девушка. Мать Валентины считала, что такая подруга ничему хорошему ее дочь не научит.
Валентина же доказывала обратное. Мать и дочь частенько ссорились по этому поводу, хотя после таких ссор всегда мирились.
По дороге проехал роскошный лимузин их нового соседа. Валентина показала на автомобиль пальцем, что-то шепнула на ухо Марианне, и подруги весело засмеялись.
Нового соседа звали Габриэль Альварадо. В прошлом, а точнее, в то время, когда еще был жив Фернандо Монтейро, сеньор Альварадо был известным спортсменом, участвовал в Олимпийских играх.
Вероника несколько раз видела его выступления по телевизору. Хотя ни она, ни Фернандо не любили спортивных передач и смотрели их лишь случайно, женщина запомнила красивое лицо знаменитого легкоатлета.
А недавно оказалось, что Габриэль Альварадо купил дом в Сан-Педро-Мартир и стал их соседом.
…Марианна спросила Валентину:
– Ну что? Чем будешь заниматься? Куда-нибудь пойдем?
Валентина посмотрела на окно кухни.
– Наверное, я останусь дома. Ты же знаешь, мать не любит, когда меня не бывает дома по вечерам.
– Но ведь вчера она отпустила тебя на дискотеку!
Валентина вздохнула.
– Именно потому, что я вчера была на дискотеке, сегодня я останусь дома.
– Понятно, – протянула подруга.
– К тому же, возможно, к нам придут Рауль Сикейрос и Федерико Сольес…
Марианна фыркнула.
– Это кто, та странная парочка? Дон-Кихот и Санчо Панса?
Валентина утвердительно кивнула.
– Они такие смешные! – сказала Марианна. – И зачем они ходят к твоей матери?
– Мне кажется, они давно любят мою маму, – предположила Валентина.
– В таком случае, они просто ненормальные! – безапелляционно заявила Марианна.
– Почему?
Подруга принялась загибать пальцы.
– Во-первых, я видела их у вас только вдвоем, а разве можно так ухаживать за женщиной! Во-вторых, они ходят уже давно, если я не ошибаюсь. И никаких изменений в их отношениях за столько лет…
– Ты права, – согласилась Валентина. – Эти мужчины представляют из себя странную пару. Но мама ценит их дружбу и вовсе не стремится к замужеству…
Марианна округлила глаза:
– Ну этот, длинный – он еще ничего! Я бы выбрала его…
– Мама не хочет выходить замуж, – повторила Валентина. – Она говорит, что вдоволь хлебнула прелестей семейной жизни с отцом…
– А ты?
– Что – я? – переспросила Валентина. – По-моему, мы говорим не обо мне, а о моей матери…
Марианна откинулась на спинку скамьи.
– Гораздо интереснее поговорить о тебе. Ты уже взрослая девушка, у тебя есть Хосе! – воскликнула она. – Ты сама скоро выйдешь замуж!
Валентина опасливо посмотрела на распахнутые окна дома:
– Тише, умоляю тебя…
– Дорогуша, ты что же, еще не сказала ей ни о чем?
– Нет… Мама до сих пор считает меня маленькой, и мы не говорим с ней на подобные темы.
Марианна покрутила пальцем у виска.
– Сумасшедшая… – она поднялась. – Ну ладно, я пойду. Мне надо еще привести себя в порядок.
Марианна вечером собиралась в кино с одним из своих многочисленных ухажеров.
Подруги поцеловались на прощание, и Марианна сказала:
– Ну не хмурься ты! Была бы у меня такая мать, которая всем нравится, я была бы счастлива!
– Ты счастливая, Марианна, будешь сейчас веселиться, – Валентина вздохнула и поморщилась. – А мне предстоит весь вечер слушать ее нотации.
– А мне казалось, вы ладите…
– Правильно! – Валентина тряхнула густыми, красивыми волосами. – Ладим, когда мама не читает нотаций…
Рауль Сикейрос явился один. Вероника была в саду, когда он приехал.
– Привет, – поздоровался Рауль. – Я на минутку и не буду заходить в дом…
– Привет, – ответила Вероника, поправляя прическу. – А почему ты один?
Ничего не объясняя, Рауль подошел ближе и взял ее за руку.
– В чем дело? – растерялась Вероника.
– Я потому приехал один, – сказал Рауль, – что для нашего разговора Федерико не нужен.
– Это уже интересно! – воскликнула Вероника. – О чем же ты решил со мной говорить?
Вероника, конечно, догадывалась о предмете их разговора. С регулярностью механизма, Рауль делал Веронике предложение. Вероника отказывала ему. Рауль месяц переваривал отказ, потом появлялся снова.
«Непонятно, почему я это терплю? – думала она. – Может быть, потому, что боюсь потерять такого друга?»
Рауль неожиданно обнял Веронику.
«Ого! – подумала она. – Это уже что-то новое, раньше он ограничивался только высокими словами. Видимо, его терпению пришел конец».
Она отстранилась. Рауль, как и Федерико, нужны были ей только в качестве друзей семьи.
– Вероника, зачем ты лишаешь себя плотских радостей? Ведь ты нормальная женщина, неужели тебе не нравится ни один мужчина?
– Нет! – отрезала Вероника.
– Мама!
Вероника оглянулась.
Дочь звала ее ужинать.
– Ты зайдешь к нам? – спросила Вероника гостя, зная наперед, что тот откажется.
Рауль отрицательно покачал головой.
– Ну как знаешь! – Вероника улыбнулась на прощание и легкой походкой пошла к дому.