Мистер Гардинер приступает к перекрестному допросу. Детектив-инспектор соглашается, что, действительно, эта книга – вторая по счету, против которой возбуждено дело по новому закону. Первой книгой стал так называемый «Каталог дам».
– Будьте добры, детектив-инспектор Монахан, опишите для суда природу этого издания.
– Это справочник по лондонским проституткам, сэр.
Мистер Гардинер бросает взгляд на судейскую скамью:
– Я больше не имею вопросов, милорд.
Мистер Джеральд Гардинер, королевский адвокат, – широкоплечий, высоколобый, лысеющий. Среди юристов он известен как квакер и как реформатор закона. Глаза у него опущены уголками вниз, но смотрят твердо, и в них виден особый блеск или свет, дающий понять, что их хозяин обладает острым умом. Он держится не наигранно; иными словами, ничего не прячет в (довольно широком) рукаве.
Шелковая мантия – отличительный знак королевского адвоката – сидит на нем небрежно, как растрепанная. К своему месту он идет легкой походкой, словно бы и не в казенном доме, а к присяжным обращается внезапно почти разговорным тоном:
– Вам сообщили, что эта книга полна описаний сексуального сношения. Так и есть. Что в ней полно неприличных слов. Так и есть. Вы, конечно, сразу спросите себя: как же это получилось, что уважаемое издательство, скорее всего хорошо подумав и сознавая, что делает, напечатало отвратительную книгу такого рода, как нам описали?.. Позвольте, я отвечу по крайней мере на часть ваших вопросов. Издательство «Пингвин букс» основал в тысяча девятьсот тридцать пятом году человек по фамилии Лейн, который считал, что люди вроде него, не очень богатые люди, должны иметь возможность покупать книги – по цене десятка сигарет. Прошло двадцать пять лет. За это время издательство продало двести пятьдесят миллионов книг. Оно выпустило все труды Шекспира и большинство трудов Шоу. За эти годы сэру Аллену пришло множество писем от читателей с благодарностью за предоставленную возможность получить образование, которое любым иным путем было бы для них недоступно… На сегодня издательство опубликовало четырнадцать книг Дэвида Герберта Лоуренса и теперь собирается выпустить остальные, в том числе «Любовника леди Чаттерли». Существует мнение, что Лоуренс – величайший английский писатель после Томаса Гарди, и совершенно бесспорно, что он входит в число пяти или шести величайших. В любой цивилизованной стране мира можно купить эту книгу в том виде, в каком она была написана, – в любой, кроме собственной родины Лоуренса и стран Британского Содружества.
Мистер Гриффит-Джонс поднимается на ноги:
– Милорд, мне не хочется перебивать нашего высокоученого друга, но происходящее в других странах вряд ли имеет отношение к делу, которое рассматривают присяжные в этом зале.
Господин судья Бирн обдумывает его слова.
– Я склонен согласиться. Мистер Гардинер?
– Милорд, это доказательство ценности книги.
Господин судья Бирн созерцает световой люк в потолке:
– Я думаю, что это не может быть использовано. Я против.
Мистер Джеральд Гардинер кивает и продолжает:
– У этой книги довольно прискорбная история. В двадцать восьмом году, когда она была написана, опубликовать ее было невозможно, во всяком случае для широкой публики. С тех пор выходили ее издания с купюрами, и ничто не мешало издательству «Пингвин» опубликовать такое издание уже много лет назад. Но, – он делает выразительную паузу, – издательство всегда было против того, чтобы печатать изувеченную книгу. Издательство не считает возможным предлагать читателям неполноценные книги… Пойдем дальше. Чтобы книга была признана непристойной в соответствии с законом, она должна вызывать очевидное
Чайные чашечки улыбаются, и кое-кто из присяжных – тоже.
