Но неожиданно Николай Николаевич просто запаниковал, представив, как из окон своего роскошного дома на него, как на конченного идиота, будут глядеть Игнат Демьянович, Ирина Игнатьевна и Мальвина. Он будет принюхиваться, втягивать в лёгкие, мозг цветочные ароматы пионов и георгин, как сейчас, а на него с усмешкой будут глядеть смешливые соседи, тыкать пальцем на него и крутить пальцем у виска, мол, совсем сбрендил сосед, помешался на цветочной природной магии.
Николай Николаевич глубоко вдохнул, сунул презрительно, с вызовом соседям руки в карман, дернул щекой, мысленно воображая, что он делает рожицу или «козью морду» соседям, мол, отвяжись, наваждение цветочной природной магии…
Мгновенно включил в сознании новый свет просветления, покоя и независимости, повернулся спиной к саду с пионами и георгинами, несколько секунд разглядывал свое неказистое, но хорошо знакомое свое тесное двухэтажное жилище без фундамента, «на курьих ножках». То есть домик-времянка на бетонных столбиках, за возведение которого он выложил около шести с половиной тысяч долларов. Почему-то подумал, что возведение трехэтажного особняка соседа обошлось тому на полтора-два порядка больше. Подумал равнодушно, без толики зависти и тени, даже улыбнувшись своим мыслям, мол, ему, счастливцу, попался хороший сосед. Вспомнил песенку Пьехи про доброго соседа-трубача и строки стихов какого-то барда: «Мне сосед хороший нужен, у меня плохой сосед». С этими музыкальными воспоминаниями о соседях он уже сделал пару шагов к крыльцу своего дома, но тут из-за забора его окликнули.
– Доброе утро… Салют, Николай Николаевич, я сейчас к вам зайду… Не возражаете, я вам помогу сделать клумбы пионов, георгин и левкоев, примыкающих к забору?
– Доброе утро, Игнат Демьянович, – весело отозвался Николай Николаевич. – Отлично, я жду вас…
Он шагнул внутрь своего дома со смешливыми и радостными мыслями: «На ловца и зверь бежит… Только кто из нас ловец, а кто зверь на природном цветочном фронте без границ… Нам, выходит, одновременно пришла в голову идея совместить дополнительно, комплементарно клумбы пионов, георгин и левкоев по разные стороны злополучной рабицы… Может, и рабицу аннулировать к чёртовой матери?.. Но пусть сосед сам проинтуичит и предложит, ибо инициатива относительно слабых перед сильными мира сего всегда наказуема… Пусть он, а не я заикнётся о неуместности забора, мне как-то неловко и глупо выступать с идиотским предложением первой жертвы цветочной магии…»
Потом, забравшись на второй этаж, он призывно окинул комнату барда – менестреля стремительным острым взглядом, взял в руки гитару, сделал несколько аккордов сочиненной вчера мелодии. Потом ещё несколько аккордов второй сочиненной мелодии. Перед третьей вспомнившейся мелодией сделал паузу, почему-то почувствовав себя снова, нетерпеливым, неудовлетворённым из-за того, что вчера вечером и ночью сочинил только три мелодии и три песни, а надо бы больше. Потому что наугад из толпы мелодий, вертящихся в его голове, взял только первые подвернувшиеся под руку, а не те, которые могли быть много лучше и качественней, профессиональнее…
Скоро он понял, что притягивает его взгляд, как магнитом. Это был смартфон с записью коллекции дисков с песнями Высоцкого и Дассена, а теперь там были записаны и три новых сочиненных авторских песни неизвестного миру барда-менестреля без претензий на известность, славу и деньги. Николай Николаевич ещё раз взял несколько аккордов на своей, казавшейся раздолбанной гитаре. Но она была удивительным чудесным образом хорошо настроена. «Неужто я так быстро и профессионально ее настроил во время вчерашнего сочинительства, – обрадовался и ужаснулся чему-то Николай Николаевич, – этого не могло быть, потому что такого не может быть никогда…»
Снизу постучали. Николай Николаевич уже спускался сверху вниз, почему-то с гитарой, весело крича:
– Так ведь открыто… Я не закрывал ведь дверь, Игнат Демьянович, входите, гостем будете…
– Сначала посадим пионы с георгинами и левкоями, – Игнат Демьянович зорким острым взглядом стрельнул по гитаре в руках соседа, – а потом я сделаю вам оригинальное финансовое предложение, связанное с вашим гитарным творчеством, от которого вам будет трудно отказаться.
– Финансовое предложение? – Николай Николаевич удивлённо пожал плечами. – Какого свойства?..
– Сначала оформим у вас клумбы моих редких сортов цветов… Видите, я взял даже специальные лопатки копки и посадки цветов для себя и для вас…
После посадки корневых луковиц цветов, оформления трех клумб вдоль заборчика рабицы – пионов, георгин, левкоев – Игнат Демьянович, снимая перчатки, обратился к соседу:
– Вот какое, значит, дело, Николай Николаевич, – он старался придать своему голосу строгую деловитость с некой изюминкой соседской доверительной подначки. – Есть такое понятие у деловых, дружески расположенных друг к другу людей… Ты мне, я тебе… В нашем случае: я вам цветочную магию под носом, а вы мне в ответ… – Он замялся и сделал значительную паузу. – Вы окажите одну услугу мне и Мальвине…
– Какую услугу?..
