- Если я узнаю, что она проявляет к Валдомиру интерес, она будет иметь дело со мной! Со мной и моей семьей! – Элеонор никак не могла застегнуть ремень. – А он, если не считает меня своей женой, то почему не подает на развод?! Нерасторгнутый брак дает мне права, и я от них не откажусь ни при каких обстоятельствах. Пусть я ссыльная, но я по-прежнему императрица! – Элеонор рубанула по воздуху рукой, словно поставила печать. Помолчав, она обратилась к подруге: - Поедем ко мне, надо успокоиться.
Нана не возражала, она уже привыкла быть для Элеонор жилеткой и шофером, советчиком и громоотводом. Они подрулили к особняку на окраине городка «Мармореала», прошли через сад и поднялись в уютную мансарду. Зажгли настольную лампу, утопившую комнату в мягком желтом свете. Неожиданно в дверь позвонили, Элеонор открыла – на пороге стоял Алсести с бутылкой яичного ликера.
- Видел, в каком состоянии ты уходила. Вот решил немного утешить. – Он прошел к столу, откупорил пузатую бутылку и наполнил рюмки.
Нана медленно обошла комнату. Сколько времени здесь было проведено за задушевными беседами, за обсуждением обновок, за разглядыванием книг и альбомов! Сколько здесь было выкурено сигарет и выпито вина! Сколько высказано слов и выплакано слез за эти долгие, но так быстро пролетевшие восемь лет! Нана взяла со столика свадебную фотографию Элеонор.
- Господи, Элеонор, что на тебе за платье. Неужели твоя мать поскупилась купить единственной дочери что-то более приличное?
Элеонор повернула фотографию к себе.
- Ты забываешь, что замуж я выходила тайком. А это платье купил мне Валдомиру за огромные по тем временам для него деньги!
Нана увидела, как теплые воспоминания преобразили Элеонор: смягчились морщины, темные глаза повлажнели, на губах заиграла мягкая улыбка. Она помолодела и похорошела, вспоминая трагикомичную сцену знакомства с Валдомиру, когда будущий муж вытащил из кювета ее машину.
- Да, парень он был здоровый! – Вслед за племянницей и Алсести пустился вспоминать события тридцатипятилетней давности.
- Настоящий каменотес… Отец с матерью не хотели верить, что я без памяти влюблена в простого бедного парня и выхожу за него замуж. – Элеонор сделала глоток. – Впрочем, чувство было взаимным. Вы не поверите, но нам так хорошо было вдвоем. Иногда я жалею, что не хватило терпения примириться с его характером.
- Характер известный – грубиян, - усмехнулась Нана.
- Скала – не человек, достоин уважения. – Дядюшка Алсести приложился к рюмочке.
- Вы угадали – неотесанный грубый камень – вот что представлял собой Валдомиру. Я, как нормальная жена, пыталась обтесать его, облагородить… Ведь это дикая ситуация: любить человека и в то же время безумно стыдится его. Мы оба знали – хорошо нам только тогда, когда вокруг никого нет.
- И тем не менее вы прожили немало… – Нана вытряхнула из пачки последнюю сигарету.
- Валдомиру построил новый дом, а я решила жить здесь. Наше желание расстаться было, как всегда, взаимным. – Элеонор задумчиво смотрела в окно на залитый лунным светом двор.
Полная серебристо-голубоватая луна висела низко над землей. Облака расступились, и луна посчитала своим правом заглянуть в каждое окно и напомнить людям, что дневная суета – порождение безжалостного солнца – отступила. Пришла пора неспешно заглянуть в себя и отдаться во власть тайным мечтам и скрытым желаниям. Хозяйка ночи царственно дарила людям свой мерцающий свет, способный проникнуть в самые потаенные уголки их душ.
Спала уставшая Марсия – во сне ее миловидное лицо, избавленное от тревог и волнений дня, светилось нежной, женственной улыбкой. Ей снился юноша с длинными темными волосами, он припадал к ее руке и целовал ее. Счастливая Марсия со вздохом переворачивалась на другой бок и глубже погружалась в свой сладко томящий сердце сон.
А герою ее снов не спалось в эту лунную ночь. Он без устали рисовал одно и то же женское лицо, рисовал глаза, в которых светилась бесконечная, бездонная доброта.
Обессиленная от ласк Антония, прильнув к груди мужа, радостно сознавала, как безраздельно владеет ее телом и сердцем этот красивый мужчина. Он умеет дарить ей дивные мгновения любви, когда кажется, вот-вот и они достигнут своей заветной цели – в Антонии зародится новая жизнь.
Стоя у окна своей спальни, думал о жизни и Валдомиру. Луна выманила его взглянуть на ночь, и Валдомиру не стал сопротивляться. Он не помнил, когда он в последний раз любовался луной, как не помнил, когда в последний раз думал о себе. «Я стал камнем», - с грустью обнаружил он. Красавица луна улыбнулась ему своим плоским лицом и высветила белый флигель, где теперь жила девушка по имени Инес. Валдомиру некуда было деться от вездесущего света, он глянул на флигель – в ярко освещенном окне стояла обнаженная женская фигура с ниспадающими на плечи черными волосами.
