Нога Аристо, упиравшаяся в скулу Карло, внезапно соскользнула на плечо. Карлик искал за что ухватиться, наконец это ему удалось. Нога покинула место опоры, раздался вздох облегчения, и первый «гость» оказался на стене.
Карло легко последовал за ним и здесь, наверху, его недовольство карликом рассеялось.
Лицо Аристо блестело от пота, несмотря на вечерний холод, в глазах застыла боль. Будучи лет на двадцать старше Карло, Аристо все еще оставался очень сильным. Именно он подкатил огромный булыжник к стене обители. Но еще и забраться на стену! — все его изуродованное тело протестовало.
— Все в порядке, maestro?
Аристо молча кивнул. Показавшийся из-за туч месяц осветил его измученное лицо.
— Тяжело… дышать… — объяснил он. — Подожди чуть-чуть.
Где-то открылась дверь.
— Ляг и замри, — приказал Карло, и только тут понял, что горб карлика все равно будет заметен. — Тогда не двигайся.
К сараю торопливо двигались две фигуры, первая — с фонарем и узелком под мышкой. Вторая несла, как им показалось, поднос с едой. В сарай они не вошли, впрочем, со стены дверь не была видна. Но по тому, как быстро монахини вернулись, уже только с фонарем, Карло догадался, что сверток и поднос оставили у дверей.
Шли сестры торопливо и крадучись, чем напомнили привратницу, отказавшуюся впустить их.
Когда женщины скрылись в здании, Аристо сказал:
— В сарае, очевидно, кто-то есть, и, судя по всему, этот кто-то — больной. Больной настолько, что его пришлось изолировать.
— Может, они прячут какого-нибудь беглеца?
— Не похоже.
— Тогда я знаю, о чем ты думаешь, — прошептал Карло, — но этого просто не может быть!
Наконец восстановив дыхание, Аристо сел.
— Помоги мне слезть с этой проклятой стены, и мы все узнаем.
Карло не согласился.
— Останься. Я пойду один и…
— Нет! — карлик разозлился. — Что, если Мона Джульетта?..
— В коровнике? Невозможно!
Аристо подвинулся к краю стены и посмотрел вниз.
— Мой друг Zingaro, там, где властвует христианство, нет ничего невозможного, — он помрачнел. — Ну, ты первый, я за тобой.
Несмотря на постоянное внимание и помощь Джульетты, Мария умирала. Девушка понимала это. хотя ее опыт в том, что касалось болезней и смерти, был весьма ограничен.
Она истощила все силы, а неспособность спасти цыганку только увеличивала горькое разочарование в себе. Больная спала, дыхание было глубоким и неровным. Положив на лоб влажное полотенце и проверив, хорошо ли та укрыта, Джульетта прилегла на свою постель в сене.
Девушка закопалась поглубже, укрылась шерстяным одеялом, но холод и усталость не проходили, и даже не хватало сил забрать пищу с подноса.
Ешь! Ты должна есть, или тоже умрешь!
Собравшись с силами, она откинула одеяла и поднялась. Джульетта уже взяла в руки поднос, когда до нее донесся какой-то звук.
— Луиджия? — тихо спросила послушница, вглядываясь в ночные тени. — Это ты?
Никто не ответил. Вздохнув, она собралась закрыть дверь, но… две пары глаз смотрели на нее в упор, одна голова поверх другой.
Джульетта вздрогнула и чуть не выронила поднос. Страха не было, но вот нелепое желание захихикать побороть не удалось.
— Мона Джульетта! — послышался знакомый дребезжащий голос. Аристо проскользнул в дверь, за ним Карло.
При виде карлика Джульетту охватили радость и облегчение. На какое-то время она даже забыла о своей подопечной. А когда вспомнила, подняла руку.
— Нет! Не входите сюда! Чума!
Мужчины замерли, и тут девушка ощутила запах, исходящий от Аристо. Совсем не розовая вода. Но даже не наморщила нос — обстоятельства слишком серьезны, чтобы обращать внимание на такие мелочи.
А второй мужчина Zingaro, и довольно красивый. Вот на это она внимание обратила.
— Как вы здесь оказались? — обратилась Джульетта к Аристо.
— Ищем вас, а привратница сказала, что вы больны и не можете принимать посетителей. La principessa очень беспокоится, madonna, и ваш отец предложил навестить Санта-Лючию. Но мне удалось уговорить его послать верного слугу, — карлик приложил руку к сердцу, а потом кивнул в сторону своего спутника. — Это Карло, брат Родриго.
Карло поклонился.
— Госпожа… э… сестра Джульетта, — необходимости в объяснениях не было.
— Вам нужно уйти отсюда, — сказал Аристо, прежде чем девушка успела улыбнуться его товарищу.
Джульетта попятилась.
— Нет. Я не могу ее оставить.
— Кого? — спросил Карло. Как же она прекрасна, думал он, хотя и истощена, а возможно, и больна, если принять во внимание ее румянец. Только бы не это! Ряса была измята и испачкана, капюшон лежал на полу, а медно-золотистые кудри спутаны.
Девушка указала на укрытую одеялом фигуру в дальнем углу и с болью промолвила:
— Марию.
— Наша Мария? — оторопел Карло.
— Да, — прекрасные черты исказили горе и растерянность. — Я пробовала все! Но ничего не помогает, — она покачала головой. — Не могла же я позволить им оставить Марию в лесу. Может, если бы условия…
— Выйдите вместе с Карло, per favore, — попросил Аристо. — Дайте мне взглянуть.
— Теперь уже ничего не поделаешь, — печально прошептала Джульетта, — так что не рискуй.
— А вы? — карлик отмахнулся и присел возле больной.
Девушка сердито мотнула головой.
